Главная -> Отчеты -> Сухой велокросс

Сухой велокросс:722_0.jpgЗаголовок
Сухой велокросс:КомпанияКомпания

Сухой велокросс

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (289 голосов)
Loading ... Loading ...
Владимирская область
Велотуры
Автор :

СУХОЙ ВЕЛОКРОСС

Хронология похода

    Оглавление:


День 1. Национальный герой тамбура, или старко-посердовский тракт

    Автор: Резидент



Поезд *Выхино(Москва) — Ильичёв*

Ильичёв — Спудни — Старково — [трахт]

— Посерда — Белое — Ненорово — Чесноково

Ночовка в лесу под д. Тимохино.


Из подъезда с двухминутной частотой вывалились три велосипеда вместе с их хозяевами: Резидентом, Ястребом и Беркутом. Три велосипедиста в камуфляже еще не до конца отошли от раннего подъема после трехчасового сна в зигзагообразных позах. Поэтому им никак не удавалось разглядеть Кварца, который должен был подкатить 5 минут назад на своем маунтинбайке. Впрочем, его и на самом деле еще не было у подъезда. И Резидент махнул за билетами для себя и Ястр*, которые, дружно дрыхнувшие за своими окошками кассирши, не продали ему в час ночи.

Когда я (Резидент) купил билеты, подъехали трое товарищей: Лёня (Беркут),
Дима (Кварц) и
Саша (Ястреб).

Итак, общий сбор на ж/д станции Выхино за 25 минут до поезда. Времени на съемки и фотографирование было более чем достаточно. Прохладное солнечное утро отправляло нас в дорогу. Народ не особо баловал проходящие поезда. Все, как и мы, ждали вековскую электричку. Она пришла по расписанию. Зная, что влезть будет нелегко, Беркут с Кварцем должны были штурмовать переднюю, а мы с Ястребом заднюю дверь одного и того же вагона. Ястреб пытался заехать, как на пустую площадку, но в вагон протиснулось только переднее колесо. Груда ног не позволяла войти Ястребу с велосипедом. Я предложил ему поставить свой агрегат на попа (хорошо рядом не было служителей церкви). Так он доехал до середины тамбура, а дальше просто опустил велосипед. Народ сразу нашел куда прижаться, чтобы не попасть под двухколесную махину, принимающую горизонтальное положение.
Я забился в электричку одновременно с закрывающейся дверью.
Наши велосипеды вызвали массу эмоций у пассажиров (чаще отрицательных) и кто-то все время что-нибудь говорил.
Лишь один на редкость жизнерадостный мужик только молчал и улыбался.

Эта картина наблюдалась до Люберец, где немного народу вышло.
Зашло, правда, втрое больше. Эта волна снесла меня в середину тамбура, а мой велосипед был скрещен с Сашиным передними колесами.
Когда поезд тронулся, я заметил, что на редкость жизнерадостный мужик перестал улыбаться.
Более того, его физиономия начала кислеть и кислела все больше и больше.
В Овражках этот жизнерадостный мужик уже выглядел как лимон с кожурой.
К кислоте добавилась горечь. *Все больше не могу* — выдавил из себя на редкость кисломордый человек едва состав отъехал от станции. Выяснилась и причина этой метаморфозы: тележка одного из дачников методично пыталась изменить форму его ступни, а руль моего велосипеда последовательно расширял его пупок. Эта экзекуция длилась около 15 минут. Крепкий парень. Дачник убрал тележку, я изменил положение своего двухколесного коня, заодно убедившись, не перетер ли жизнерадостный мужик с кислой рожей мне ручку руля своим пупком. И кисломордый человек снова повеселел. После этого он стал национальным героем тамбура. Всем было интересно с ним пообщаться. Наибольший интерес он вызвал у выпивавших ребят из Владимирской области, ехавших домой с московских заработков. Но, им тоже пришлось нелегко. Сдвинутый велосипед начал заваливаться в их сторону, норовя раздавить их бутылки и стаканы.
И чтобы отстоять водочный окоп, они поочередно несли вахту по сдерживанию моего двухколесного друга.
Кто стал антигероями тамбура догадаться несложно. *Давайте выкинем этих велосипедистов* — кричали на каждой станции.
Но, уже не совсем трезвые владимирские работяги всегда отвечали: *Щас допьем*.

На Куровской сошло довольно много народу, и я стал высматривать Беркута и Кварца.
То, что их не было видно, меня не смутило (можно легко закамуфлироваться под дачников).
Но спрятать велосипеды с рюкзаками, привязанными к багажнику тяжело. Все оказалось куда проще.
Они влезли в первую дверь не второго, как мы, а первого вагона.
Чтобы втиснуться в вагон с велосипедами, Кварц и Беркут продавливали толпу передними колесами. Залезли.

На Куровской Кварц как интеллигентный человек решил сойти, чтобы большое количество людей могло спокойно выйти.
Но хлынувший поток не только выбросил его наружу, а едва не вынес его с платформы.
В результате он пропустил не только всех выходящих, но и входящих. То есть Кварц заработал бонус — повторный штурм поезда.
Особенно подивила одна шустрая бабка, которая буквально перепрыгнула переднее колесо байка Кварца, чтобы опередить того.
Кварц все-таки влез. Снова последним и снова полностью заблокировал дверь. Но тут забастовал рюкзак.
Он незаметно отцепился и сполз с велосипеда. Свалился он по закону бутерброда: маслом вниз.
То есть между перроном и вагоном, да так, что Кварц один его вытащить не мог.
Хорошо еще Кварц — парень аккуратный и основательный и ничего в поход взять не забыл.
Его штаны (форма велорюкзака) были объемны и тяжелы. Иначе, штаны сползли бы вниз, а с рельс их вытаскивать было бы значительно сложнее. Хорошо, что это пересадочная станция, и поезд здесь стоит минут 10, иначе, пришлось бы вжаться в стоп-кран.
А так на помощь пришел Беркут, и Кварц с Беркутом успешно справились со штанами. Через пару остановок выясняется следующее:

- Мне надо выйти — обратилась к Диме та самая необычайно шустрая старушка.

- Вы же видите, я не могу вас выпустить — отвечает Кварц.

- Мне надо выйти — повторяет старушка, обращаясь не то к Диме, не то к его велосипеду, не то к окружающим пассажирам.

- Ну, не смогу я вас выпустить — говорит Кварц, его маунтинбайк молчит, а народ дружно начинает хихикать.

Очередное мне надо выйти уже сливается с хохотом всего тамбура. Дело в том, что помимо Беркута и Кварца в ту же дверь вошла группа байдарочников. Они не только быстро нашли общий язык между собой, но и расположили к себе весь тамбур. И бедная бабка поняла, что выйти здесь так же реально, как вырастить финиковое дерево на своей даче. Она была вынуждена пробиваться через весь вагон к другой двери. Кроме этого, именно в этом тамбуре находился один из двух туалетов в поезде. Запах был соответствующий. Но, несмотря ни на что, нуждающиеся граждане просачивались сквозь толпу и штаны (Беркут тоже купил себе велорюкзак) к спасительному заведению. И жить сразу становилось легче, правда, всего на несколько миллилитров.

Дальше случился еще один казус.
Байдарочники договорились, что машинист остановит им электричку между станциями сразу после моста через Бужу (река).
Но не угадали с дверью. Беркут и Кварц освободили по их просьбе одну дверь, но выход оказался с другой, которая уже
была наглухо заблокирована велосипедами. И сразу же палатки, рюкзаки и байдарки полетели через весь вагон к задней двери.
Народ в поезде присаживался, чтобы не получить какой-нибудь частью байдарочной экипировки по голове.
Кто не успевал, тот присаживался после близкого знакомства с одним из походных мешков, только немного пониже.
И, вот, наш пункт назначения. На низкую платформу выгрузиться было непросто.
Из-за короткой остановки наши боевые кони почти падали вниз.
Поезд стал совершенно неожиданной, но очень серьезной проверкой на прочность для наших велосипедов.
Тем не менее, все могли спокойно ехать. 
Прямо на платформе Беркут провел для меня и Ястр* ликбез по привязыванию рюкзаков RD-2 к багажнику.
Я попытался сделать это сам, но веревка хозяйственно-бытового применения тянулась не хуже женских колготок,
и рюкзак метался по багажнику как белка в клетке. А делать это надо было с помощью родных ремешков и карабинов.
И, вот, мы седлаем своих двухколесных коней. И едем до деревни Спудни, которая является перевалочно-перекусочной базой.
Там у Беркута дом. Едем без поломок, и все остановки обусловлены стремлением к более удобной езде.
По дороге закупили продуктов в магазине. Я стал отставать.
Впрочем, меня это особенно не беспокоило, поскольку в Спуднях мы должны были зависнуть на пару часов.
Так и получилось. Любовь Алексеевна (Беркута мама) и ее двоюродная сестра Надежда затеяли
в доме грандиозную перестановку и не могли обойтись без мужской помощи.
А тут как раз мы подъехали. За это время мы попили чай, попередвигали шкафы с места на место и сделали дежурные снимки.
Выезд из деревни мы попросили снять на камеру Надежду, чтобы в фильме присутствовали кадры со всеми четырьмя участниками похода.
Я стартовал последним, и примерно на скорости километров 15 в час забирал у нее видеокамеру.
Но Надежда так увлеклась процессом съемки, что не заметила этого.
В результате она едва не оказалась на моем багажнике поверх рюкзака
. Так мы ехали-бежали, вдвоем держа орудие съемки, метров 10.
Лишь после этого Надежда с растерянным выражением лица благоразумно отпустила видеокамеру.
Беркут, Кварц и Ястреб крутили педали чуть впереди меня и ехали параллельно друг другу.
Такой способ передвижения получил название «езда шпаной».
До поворота на Демидово ни одна машина не смогла разрушить это боевое построение.
Ястреб остановился из-за каких-то мелких проблем. И тут сказалась разница в подготовке.
Мои ноги, серьезно не крутившие педали пять лет, стали наливаться чугуном. 
Больше 16 км/ч по ровному асфальту на хорошем велосипеде я ехать не мог. Кварц и Беркут удалялись от меня как автомобили от самоката, хотя Кварц сидел за рулем велосипеда с маленьким диаметром колеса. И если кто-то сомневался в его конкурентоспособности на трассе, то должен был задуматься о своей конкурентоспособности.

В Старково асфальт заканчивался. Дальше нас ждал Старко-Посердовский тракт — грунтовая дорога, заваленная ветками и деревьями и заполненная лужами, с небольшой водоем каждая, расположенными примерно метров через 200 друг от друга. Первая проверка для наших KHS на прочность и универсальность одновременно(за маунтинбайк Кварца никто не волновался). Мой KHS хватило метров на 80. На размытой грунтовке тормоза полностью заблокировали мне заднее колесо. Я извлек из подсумка набор шестигранников и стал разбираться с тормозами и даже сам не заметил, как записался в их ряды. Нужно было не только осла*ть тросики и колодки, но и с помощью отвертки удалить одну из колодок. Не догадался. Мимо меня проехал Ястреб, а я все чинил велосипед. В результате, чтобы разблокировать колесо, я оставил задний тормоз только для вида.
Грунтовка в поле удаляла меня от деревни Старково. Вдоль дороги стали вырастать сосны.
Вместе с соснами выросли три неизвестных местному ландшафту объекта в камуфляже, да еще с велосипедами. У Беркута,
Кварца и Ястр* хватало своих забот, а тут на них вываливается тормозной Резидент с тормозными проблемами.
Но Кварц и Беркут оказались предусмотрительнее меня и закупили в поход специальные щетки.
Очистив всю налипшую грязь, они спокойно устраняли неполадки.
Я же ни себе, ни Саше орудие чистки не купил, что приводило либо к потере времени по ожиданию щетки, либо к езде с лишней грязью. Дружный отъезд с ремонтного привала был заснят на фото и на видео. Деревьев становилось все больше, и некоторые даже поползли поперек дороги. Получился небольшой велослалом, где вместо флажков были поваленные сосны.
Некоторое время лужи прятались под грунтом, но потом все-таки повылезали наружу.

К этому моменту Беркут и Ястреб отстали из-за технических неполадок, и мы с Кварцем ехали вдвоем.
Как более опытный ездок по бездорожью, я покатил первым. Кварц повторял мои велозигзаги (не всегда самые удачные),
что помогало ему не думать о выборе траектории. Дело не в том, что он хуже крутил педали, вертел рулем или переключал скорости, а просто из-за плохого зрения часто замечал препятствия в последний момент. Поэтому езда за кем-то по такой дороге была для него оптимальной. Но с непривычки он проехал за мной только порядка 1км. Я же использовал возможность поближе познакомиться со своим KHS-ом (в основном это касалось переключения скоростей).

Где как не на лесном тракте можно почувствовать, где и какую скорость нужно включать.
Войдя в раж, я не только не заметил, в какой луже застрял Кварц, но и как выбрался из леса.
Что-то подсказало мне, что надо делать подтяжную. Оставшись один,
Кварц благоразумно не стал устраивать гонки, а позволил «съесть» себя Беркуту и Ястребу, и поехал за ними.
Группа преследования бросилась в погоню.
Выписывая очередной зигзаг, они элегантно въезжали на травянистый выступ между лужей и лесом.
Где толстые ветки тяжелым грузом надвисали над просекой, приходилось идти. И, вообще, ребята еще не разъехались.
Их велосипеды еще не плыли по лужам, а передние колеса вязли в грязи как мухи в навозе. Поэтому шли больше, чем ехали.
Из-за большой нагрузки на глаза быстро подустал Кварц. За это время он несколько раз повторил:
«Резидент просто не знал, что здесь нельзя ехать. Надо было его предупредить». 
Я в свою очередь со своим KHS растянулся на придорожной траве и взирал по сторонам.
В лежачем положении сосны казались еще величественнее и стройнее.
Треск веток и голоса Беркута, Кварца и Ястр* заглушили легкий свист ветра и шелест травы.
Я понял, что кто-то идет, и затаился, не меняя своего положения.
Пока Кварц и Ястреб пытались понять, как из леса выползло бревно в камуфляже, валяющееся рядом с Мишиным велосипедом,
Беркут обратился к этому бревну: «Я знал, что ты здесь остановишься. Как видишь, телепатическая связь действует».
Лесная часть тракта закончилась, и все позволили себе немного расслабиться,  
хотя нас должен был ждать самый трудный участок — Посердовское травянистое болото.
Но, видимо, дождей не было дней 6-7, и там где обычно окунаешься по пояс, вода доставало лишь до колен.

Впервые наша группа добралась до Посерды (это уже Рязанская область) без поломок, и она встретила нас тихо и спокойно.
В предыдущие годы на любую поломку здесь находился нужный человек с нужной деталью.
Сейчас нам ничего не было нужно, и деревня была для нас пуста.
Оценив возможные стоянки на ночь, мы сели на своих двухколесных коней и двинулись в путь.
После тракта каждый почувствовал себя Шумахером, и меньше 25 км/ч никто не ехал.
Катили по-хулигански: постоянно выезжали на встречную полосу и подрезали друг друга.

Асфальт и вечерняя прохлада гнали нас вперед. 
Мы проезжали асфальтовый участок, очень похожий на человеческую жизнь.
Сначала нас ждала деревня Черное, затем Белое. И дальше озеро Белое.
И если по деревне Черное было ехать легко и приятно, то территорию вокруг красивейшего
Белого озера застроили и загадили, так что останавливаться там уже не хотелось.
А жаль. Как тут не вспомнить: белое — черное, черное — белое… Постепенно велокараван стал растягиваться.
Кварц на своем маунтинбайке ехал впереди, хотя из-за меньшого диаметра колеса педали ему приходилось крутить намного чаще.
Стало ясно, что велосипед не пылиться у него в кладовке (как у меня, например) или на балконе, а используется по назначению.
За ним метрах в 200 Беркут, за ним Резидент примерно на таком же расстоянии, и где-то позади Ястреб.
Надо было становиться на ночь. Кварц и Беркут неожиданно съехали вниз и остановились у придорожной канавы с водой.
Оказалось, это плановый привал. Отдохнули, и не спеша, покатили дальше. Вокруг был лес, но вода красовалась только в заболоченных лужах. Проезжать деревню Тимохино уже никому не хотелось, поэтому углубились в лес и встали на ночь у одной из таких луж.


День 2. Что Гавайи, что Спас-Клепики

    Автор: Резидент



Тимохино — Белозерье — Спас-Клепики — Полушкино —

Ершово — Фомино — Нефёдово — Пансурово — [трахт]

*Эльфийская стоянка* — Ночовка в лесу.


Подъем и завтрак прошли буднично и неторопливо.
Кварц не мог найти свою походную зажигалку, а я репшнур для крепления рюкзака к багажнику,
хотя никто и не стремился повторить акцию «ни дня без потерь», которая была у нас на Алтае-2005.
Кроме того, складывая палатку, я порвал резинку от разборной дуги.
Теперь вместо трех дуг у нас стало четыре, но две из них можно было смело сдавать в металлолом. 
К счастью, резинку удалось вытянуть и связать, и дугу восстановили.
А, вот, зажигалка и репшнур так и не нашлись.
Беркут и Кварц не снимали «штанов» на ночь, и крепление рюкзаков у них времени почти не занимало.
Ястреб и я осваивали технологию Беркута крепления наших RD-2 к багажнику.
Сначала по бокам багажника надо крепко привязать коврик, а также спальник или палатку, и уже после этого крепить сверху рюкзак.
Смысл в том, что теперь RD-2 лежал не только на багажнике, но и на боковых подвязках.
И возможностей повертеться, потрогать спицы или звездочки колеса или спрыгнуть с багажника у него становилось гораздо меньше.
Саше было сложнее. Во-первых, в его возрасте тяжело очень крепко привязать веревку, а во-вторых, родными ремешками с карабинами было крепить удобнее.
До колодца, где все емкости и желудки были наполнены водой, докатили дружно.
А потом, несмотря на ровную дорогу, его RD-2 начал заваливаться набок и норовил чем-нибудь зацепиться за спицы или цепь.
Приходилось несколько раз останавливаться.
В результате к городу Спас-Клепики Ястреб подкатил минут на 25 позже Беркута, Кварца и Резидента.
А те узрели фрукты на дороге и захотели ими перекусить.
Особенно заинтересовал мужик, у которого на машине стояли ведра с яблоками и грушами.
Продает он фрукты, ведра или машину отправился выяснять Резидент.
На машину у меня не хватало денег, пустые ведра он не продавал ни в какую, и я ограничился ведром груш.
За их поеданием нас и застал Ястреб, и, не щелкая клювом, ухватил одну из груш.
Здесь же большинством голосов была одобрена идея Кварца, создать общую кассу. Перед Спас-Клепиками дорога раздваивалась.
Беркут предложил следующий план: двое едут в город закупаться продуктами, а двое едут по объездной.
И добавил, что сам в Спас-Клепики он ехать не хочет. Причину объяснять не захотел.
Друзья Беркута знают, что у того нет желания ехать на Гавайи или Канары, теперь к этому списку добавились еще Спас-Клепики.
После небольших трений мы с Димой отправились за покупками, а Беркут с Сашей поехали в объезд. Чем ближе мы подъезжали к городу, тем больше мимо нас проносилось легковушек и широкомордых грузовиков. Когда мы миновали очередной пригорок, на нас начали надвигаться две голубых тарелки загадочной формы.

Кварц и Резидент подъехали поближе, и тарелки превратились в озеро и мост через него, который вел к подножью Спас-Клепиков.
Лишь несколько домиков и магазинов, в одном из которых мы перекусили, приютились в этой низине, а основная часть города сильно возвышалась над озером. Несколько извилистых улиц насквозь разрезали город и его центральную площадь.
Батарейки, некстати, ушли на обед, а вот едой мы затарились основательно.
С набитыми желудками ни мне, ни Диме не хотелось быстро крутить педали, и до Беркута и Саши мы доехали в темпе велоэкскурсии.
Судя по разбросанному мусору, наша группа была далеко не первой, кто здесь решил перекусить.
Ехать дальше тоже было нельзя, поскольку мороженое норовило к камуфляжной раскраске рюкзаков еще немного шоколадного цвета.
Сидеть между пивными бутылками и пакетами из-под кефира никому не хотелось.
Поэтому мы как цивилизованные люди расположились за деревянным столиком. Беркут прикрутил штатив к дереву и установил на нем камеру, чтобы заснять, как четыре парня в камуфляже заглатывают мороженое.
Местная молодежь, впрочем, не обратила на нас никакого внимания.
Они настолько растворились в своей тусовке, что пронесись мимо них хоть пятиногая корова на летающей сосне
, они даже не поглядели бы в ее сторону.
Купленные продукты, которые не добрались до желудков, были распределены по рюкзакам. Сели на велосипеды и покатили дальше.

Кварц и Беркут немного оторвались вперед и устроили подтяжную рядом со… свалкой.

К сожалению, именно здесь был нужный нам поворот. Ястреб подтянулся последним, и мы удалились от свалки метров на 500.
наша асфальтовая дорога разрезала на две части ни то сильно заболоченное озеро, ни то поле, залитое водой.
Беркут сказал, что именно в этом месте он и Сова (Артур) устроили экстремальную ночевку на выживание.
На газу, с мошкой и с порывами пронизывающего ветра. Сейчас ветра не было, зато мошку нельзя было не заметить.
Дорога изобиловала не только мошкой, но и колдобинами и выбоинами, любых форм и размеров.
Беркут и Ястреб выдвинулись вперед. Я пытался экономить велосипед, поэтому отставал от них,
Кварц пытался экономить глаза, поэтому отставал от меня.
Так и добрались до следующей деревни, где выбоины и колдобины закончились.
Беркут показал дорогу в нужном нам направлении. И добавил: Мы туда не поедем, прошлый раз с Артуром уже поехали.
Дорога упирается в песок, и мы с Совой целый день по нему плыли с велосипедами.
Плавать по песку так и не научились, а один ходовой день пропал.
Поэтому наша четверка отправилась в противоположную сторону.
Компас постоянно шептал Беркуту, что мы едем неизвестно куда, но Беркут не обращал на него внимания.
Он был уверен, что именно по этой дороге мы доберемся до Пансурово.
Уверенность добавляла ему сил, и Беркут ускорялся все больше и больше.
Удивительно, но никто не отставал, хотя средняя скорость достигла 27 км/ч.
Наш велокараван, будто связанный невидимой нитью, не растягивался больше чем на 20 метров.
Хороший ход и дружная езда не могли не вселять оптимизма.
Групповой велопробег закончился в одной из деревень, где нам показали домики, уходящие в горизонт.
Эти домики, находящиеся отсюда в 3-х километрах и была деревня Пансурово.
И все расслабились: средняя скорость группы упала до 19км/ч, а Ястреб просто крутил педали, чтобы не остановиться.
Значит, велобросок, инициированный Беркутом, отнял очень много сил.
Каждый буквально зубами цеплялся за колесо впереди едущего, и это сказалось.

В Пансурово асфальт заканчивался, начиналась грунтовая дорога, проложенная трактором.
Но в каждой колее было столько ям, что проще ехать, оказалось, по травяной обочине.

Здесь наши с Беркутом велосипеды ползли со скоростью около 7 км/ч, зато мы крутили педали, а не прыгали с KHS-ами через ямы. Я чуть оторвался от Лени, но роскошные ели у дороги убедили меня слезть с моего двухколесного коня.

- Ты не просто так здесь остановился: это и есть эльфийская стоянка! — сказал Беркут.
А в 2003 здесь произошло следующее.
Ночью на этом же месте Артуру приснилась эльфийка (по его словам очень симпатичная).
С ней приятно было провести время. А утром исчез фотоаппарат Совы.
Беркут и Сова выворачивали несколько раз палатку, спальники, всю одежду наизнанку и обратно.
Проверили всю амуницию. Осмотрели тщательно стоянку. Искали даже в педалях и под крыльями велосипедов.
Тщетно. Пропажи нигде не было. А через три дня фотоаппарат нашелся в спальнике.
За три ночи не почувствовать его Артур не мог (это все равно, что спать вместе с кастрюлей), значит, фотоаппарат забирала эльфийка.
Сова долго мечтал встретить ее в реальной жизни и встретил… на свадьбе у Беркута.
Девушка, которую совсем не предполагала, что она имеет какую-либо связь с эльфами.
Но спорить с Артуром себе дороже, и примерно через после свадьбы друга Артур женился на эльфийке.
Разве можно было назвать это место как-то по-другому?
Захлестнувшие воспоминания помогли Лене разнюхать воду, а найти дрова сухие дрова в лесу, где неделю не было дождей, проще, чем найти три стены из четырех в своей комнате.
Подуставшие Кварц и Ястреб ехали на столь малых передачах, что оборотов педалей у них было больше, чем оборотов колес, но это позволяло не тратить дополнительных сил.
И сразу приняли участие в обустраивании бивака.
Потом Кварц объяснил мне, как работает его фотоаппарат, и попросил снять его пару раз его собственным фотоаппаратом.
И добавил: «Жена не увидит ни одного кадра со мной и засомневается, был ли я в походе».
Но я не смог помочь ни Кварцу, ни его жене, так как оба кадра вышли размытыми.
Серьезная техника в очередной раз меня не послушалась. Тем временем поставили палатку.
Палатку укрывали могучие еловые ветки, и с грунтовки, находящейся в десяти метрах, ее можно было не разглядеть.
Также мы были укрыты от возможных осадков, а сон в подобном месте предполагал полное восстановление после пансуровского марш-броска.


День 3. Дорога в никуда

    Автор: Резидент



[трахт] — [слалом] — Радовицкий — Обухово —

Харлампиево — Подлесная — Дубровка — Самойлиха —

Середняково — [трахт] — (развед-поход по лесным закоулкам)

Ночовка в лесу х/з где.


Никому не хотелось покидать столь симпатичную стоянку, возможно, поэтому собираться начали, вдоволь наевшись,
наговорившись и насидевшись. Особенно постарался Ястреб, у которого время от подъема до готовности сесть на велосипед,
с собранным и привязанным рюкзаком, заняло около трех часов.
Отъехали от нашей стоянки метров триста и вынуждены были слезть с велосипеда:
впереди было травянистое болото. Особенно удивился Беркут, не узнавший знакомую дорогу.
Он решил сходить в разведку, с надеждой найти более проезжабельную дорогу. Но безрезультатно.
Компас безжалостно посылал нас в болото. Тем временем становилось все жарче и жарче.
И как-то незаметно мы попали в лето.
Впереди нашу группу ждали бесконечные шлагбаумы из цепляющихся и царапающихся веток, а мы усиленно раздевались.
Я надел свою любимую рваную полосатую майку (Беркут называл ее майкой Фредди Крюгера),
остальные ребята остались в камуфляжных футболках. 

«Зря ты надел эту майку, чего-нибудь произойдет» — сказал Беркут.

Лежащие на дороге ветки быстро отбили желание ехать. Здесь не велосипед вез нас, а мы вынуждены были везти его.
Беркут не уставал повторять, что он с Артуром ехал здесь в дождливый сезон.
Но выезжавшие сюда ранней весной трактора убили всю дорогу, да еще из леса сделали поле с лежащими на нем деревьями.
В какой-то момент они преградили проезд, и пробраться сквозь них можно было,
только неся своего двухколесного коня с рюкзаком на себе. На это никто не решился.
Начался объездной велослалом. Кварц, Беркут и Резидент закладывали различные виражи, чтобы обогнуть стволы деревьев.
В очередной поворот мы входили так, чтобы проткнуть маленький кусочек пространства из мелких веток.
Задачи штурмовать толстые ветки ни у кого не стояло. Ястреб подотстал, и чтобы догнать нас, решил пойти своим путем.  Слева от дороги находилась канава, за ней лес.
Так вот Ястреб прополз с велосипедом через канаву и двинулся вперед по кромке леса.
У нас постепенно завал закончился, и мы вышли в чисто поле. Ястреб же продолжал просачиваться сквозь лес.
Беркут, Кварц и Резидент уже добрались до абсолютно сухой грунтовки,
а Ястр* не было ни видно, ни слышно (он не откликался на зов и выключил рацию).
В нелегкой борьбе с ветками и корягами Ястреб даже не заметил, как прошел под линией электропередач (ЛЭП).
И когда Ястреб вышел на связь выяснилось, что он с левой стороны от ЛЭП, а мы с правой.
Каждый из нас корректировал Сашину траекторию движения правильно, но по-своему, что не добавляло Ястребу ясности.
Также как и две сигнальные ракеты, пущенные Беркутом. Они растворились в небе, но Ястреб их не видел и не слышал. 
На самом деле Ястреб четко понял свою задачу: преодолеть канаву и двигаться перпендикулярно ЛЭП до дороги, и уже там выходить на связь.
Проблема была одна: найти место, где можно преодолеть эту канаву.
Нашел Ястреб такое место или нет неизвестно, но канава осталась позади. Когда Ястреб добрался до дороги, собраться всей группе вместе уже особого труда не составляло.

После кувырканий с велосипедами через ветки и болото накатанная лесная грунтовка напоминала шоссе.
До железнодорожного переезда я добрался первым. Как и ожидалось, вскоре я увидел наездника на двухколесном коне.
Правда он был на мотоцикле, налегке, ехал в противоположную сторону и был совсем мне незнаком. Учитывая направление его движения, по его уверенному виду можно было не сомневаться, что это один из популяризаторов аквамотокросса в России. Оказалось, все гораздо прозаичнее.
Это был наш земляк, который имел дом в Тюково (деревня неподалеку).
Оттуда он совершал авто и мотовылазки по бездорожью. Выяснилось, что до Радовицкого отсюда метров 500.
Парень же собирался повторить наш маршрут на мотоцикле в обратном направлении, не зная, что дорога разбита грузовиками.

- Ты здесь не проедешь, мы на велосипедах с трудом проехали — сказал Беркут.

- А на машине, у меня и лебедочка есть — не сдавался парень.

- Ну, может и пройдёшь… дня за два, без мото своего и в маловменяемом состоянии… — ответил Беркут.

В результате до Радовицкого доехало четыре велосипедиста и один мотоциклист. Дальше наши пути разошлись.
Городок оказался настолько маленьким, что никто даже не заметил, как он остался позади.
А дальше резкое потепление свое взяло. Под солнечными лучами я стал расплываться, как кусок масла.
Беркут, Кварц и Ястреб уехали далеко вперед, меня же продолжало колбасить. Все, что я пытался сделать, это не потерять силуэт впереди идущего велосипедиста.
Сам не заметил, как поехал на полном автомате.
Вдруг по правой кромке дороги что-то начало быстро на меня надвигаться, и лишь в последний момент я сумел объехать это препятствие.
Лишь по характерной ругани и рычанию до меня дошло, что я обогнал Сашу. Беркут же вовремя почувствовал, что Резиденту совсем не помешает перекус.
И Беркут с Димой устроили подтяжную в полосе осинок у дороги. 
Заготовленный Беркутом и Кварцем горячий кофе из термосов хорошо шел со шпротами и батончиками «Рот Фронт».
Пользы для все это заедалось шоколадом и тонко нарезанными кусочками сырокопченой колбасы.

Возможно, остальные члены группы и не пихали в себя все подряд, но мне перекус запомнился именно таким.
Просто для восстановления я пытался съесть как можно больше разнообразной пищи,
не особенно заботясь о последовательности ее приема. Тут уже Кварц попросил продлить привал.
Он мотивировал свое желание тем, что после приема пищи у него руль начинает вертеться в разные стороны,
а педали оказывают отчаянное сопротивление ногам. Но заверил, что минут через 15 это пройдет.
Ястр* пустили вперед, а сами, подождав эти 15 минут, тоже стали седлать своих двухколесных коней.
И выбирались из подлеска на асфальт метров через 50 друг от друга. Навстречу нам шли три молоденькие девушки.
Видя несущихся мимо них велосипедистов в камуфляже на приличном расстоянии друг от друга, им стало очень интересно кто это? 
Их распирало от любопытства, но ни у Ястр*, ни у Беркута, ни у Резидента они ничего не спросили.
Но, увидев Кварца, они уже не могли не спросить:
«Вы туристы или кто?» «Или кто» — напустил тумана Кварц. Девушки выпали в осадок, и поскольку никто из нас их больше не видел, пришли ли они в себя, мы не знаем.
Перед нами маячила деревня Харлампиево, змейка домов которой исчезала в поле.
Но нас больше интересовала деревня Подлесная, которая стояла уже на федеральной трассе Р105.
Там и была намечена подтяжная. Чуть впереди по трассе были остановка и колонка, и Беркуту с Ястребом, ехавшим первыми, не надо было ломать голову, где встать.
Напились и запаслись водой. На идеальной дороге Ястреб показал настоящий мастер-класс черепашьей езды.
Беркут, Кварц и Резидент вынуждены были сделать две незапланированные подтяжные,
когда Ястреб сливался с горизонтом с выключенной рацией.
Еще минут 10 ждали его у Середниково, где был нужный нам поворот на Рязановский.
Ястреб едва не проехал дальше, но все же вовремя услышал окрик и подъехал к нам.
Грунтовка, отходящая от федеральной трассы, визуально упиралась в забор.
На самом деле перед забором она поворачивала налево, а мы снизу не могли ее разглядеть,
потому что она небрежно спряталась за церквушкой.
Местные подтвердили, что это дорога на Рязановский, только надо ехать прямо и никуда не сворачивать.
Забегая вперед, скажу, что дорога много петляла и часто разветвлялась без возможности проехать прямо.
Но даже самый кривой путь становится прямым, если к нему привыкнуть.
С самого начала наша дорога закопалась в песок, так что колеса велосипедов проваливались все глубже и глубже.
Я, например, несколько раз не справлялся с управлением своего KHS и застревал в придорожной канаве, где песка было еще больше.
На подтяжной Кварц в очередной раз так громко радовался своим покрышкам, будто они крутили за него педали.
Впрочем, если учитывать, что я и Ястреб на шоссейных покрышках безнадежно отставали, то, значит, было чему радоваться.
К тому же при езде по песку мой рюкзак возомнил себя арабским скакуном и решил попрыгать по багажнику.
Пришлось перевязываться. В дальнейшем мы столкнулись с несоответствием дорог на карте и в действительности.
Ориентироваться приходилось по компасу и наезженности дорог. 
Несколько раз вставали перед выбором и ехали по более накатанной грунтовке, в надежде, что она выведет нас в Сазоново,
а потом и в Рязановский. Навстречу нам пролетели парень с девкой на мотоцикле, и через некоторое время мы наткнулись на их следы. Здесь были люди.

«Скорее всего, это дорога на Сазоново» — толкнул я идею.

Поскольку вечерело, и никто точно не знал куда ехать, моя идея была принята на ура.
Наша группа решила встать перед бревенчатым мостом через реку, сразу за которым в мокром песке тоже красовался след от протектора мотоцикла.
Я даже совершил пешую разведку, хотя дорога больше не разветвлялась. Ребята измучились меня ждать и поехали навстречу с моим велосипедом. Я чуть-чуть не дошел до того места, где колея стала предательски заваливаться на Запад и даже Северо-запад, а грунтовка в некоторых местах стала непроезжабельной. Следы мотоцикла пропали. Все остановились. Локальная разведка показала, что воды здесь нет, а тропы давно заросли. И стало окончательно ясно, что это дорога в никуда.

- А парень с девкой? — задал я риторический вопрос.

- А что могут делать парень с девкой в лесу? — ответил Беркут риторическим вопросом.

Все решили устроить перекус. То разочарование, которое каждый испытывал от облома, было переведено на батончики.
Они сразу же заглатывались, как только освобождались от фантика.
Но это был лишь маленький обломчик, без которых не бывает ни одного похода.
Облом, который задел устои нашей команды, пронизывающий все тело, всеопустошающий и даже граничащий с провалом,
ждал нас на следующий день. А сейчас все сели на велосипеды и двинулись обратно.
Через мост мы уже перебирались в сумерках.
Поднялись метров на 300 от воды и встали недалеко от развилки двух лесных дорог, по одной из которых мы заехали сюда.
Направление второй настолько озарило Беркута, что он, не задумываясь, ринулся в сумеречную разведку.
В ночную эта разведка так и не превратилась, поскольку хорошая автомобильная грунтовка метров через 500 уперлась в лес.
Дальше уже лет 20 никто не ездил. Не поехал и Беркут, а отправился назад.
Тем временем Кварц, Ястреб и Резидент обустраивали ночной бивак.
Мы с Димой занимались палаткой и костром, а Ястреб отправился за водой.
В столь бурный на события день еда съелась очень быстро.
Ястреб сразу после ужина отправился спать, а я продержался всего минут на двадцать больше Саши.
Зато Кварц и Беркут просидели у костра часов до трех ночи, что, в основном, сказалось на запасах кофе.
К сожалению, не в сторону их увеличения. Но кофейных пакетиков было много, и никто никого не ограничивал.


День 4. Облом

    Автор: Резидент

[трахт] — [слалом] — Сазоново — Рязановский — Лесное

— Ольшаны — [трахт] — *Кабанья стоянка*

Ночной переход на альтернативную стоянку в лес.

Конспиративная ночовка в лесу под Ольшанами.


Я вывалился из палатки в половине восьмого и решил было приготовить завтрак.
Но сообразил, что после тяжелого дня и позднего отбоя ничего кроме ворчаний и бухтений я не получу.
Тут я вспомнил, что мы еще не нашли выезд на Сазоново, во многом из-за выбранной мной дороги.
Надо было исправлять ситуацию.
Я на своем KHS доехал до развилки, где были самые большие сомнения в выборе направления, и двинулся на юг.
Градостроителям стоило бы поучиться, как прокладывать прямые дороги. В Москве, например, можно найти дорогу любой кривизны.
Грунтовка же, растянутая на пять километров, не отклонилась ни разу. Она была прямая как линейка.
Я доехал по ней аккурат до железной дороги. Боковые отвороты упирались либо в бревна, либо в заросли.
Я вернулся в лагерь. Ястребу, видимо, надоело отлеживать себе бока, и он уже вынырнул из палатки.
Делать ему было особо нечего, и мое предложение сходить за водой, было принято с энтузиазмом.
Завтрак поспел как раз тогда, когда шебуршания в палатке стали наиболее активными.
Это Беркут и Кварц вылазили из своих спальников, пытаясь сонными глазами разглядеть свою одежду.
За завтраком я рассказал о результатах разведки. Сверяясь по карте, Беркут подтвердил, что это то, что нам нужно.
Когда последний из группы подвязал свой рюкзак к багажнику, мы стали поочередно выкатывать свои велосипеды из леса на грунтовку.
Меня отправили вперед показывать дорогу. Беркут и Ястреб чуть-чуть задержались, и Кварцу с Резидентом пришлось их немного подождать на развилке.
Пока мы с Димой садились на велосипеды, Беркут и Ястреб уехали вперед.
Все непроезжабельные деревья и ветки я убрал, теперь все решали сноровка и опыт.
Это дорога была похожа на Старко-Посердовский тракт в сильно облегченном варианте.
Тем не менее, Ястр* остановили первые же две лужи, что создало затор.
Потому что проехать их можно было в одном единственном месте, а Ястреб, естественно, застревал на колее.
Но объезды были похожи, навык преодоления луж, гатей и завалов постепенно накапливался.
Так что ближе к железной дороге уже никто не останавливался, и все получали удовольствие от езды.
Когда вся группа собралась вместе. Преодолели железную дорогу и двинулись дальше. Ехали недолго.
Нас остановил большой пруд. В жаркую погоду он манил в свои воды еще сильнее, а множество плавающих в нем лягушек говорили о его чистоте.
Тем не менее, мы хотели проехать его мимо. Но чем дальше мы ехали вдоль пруда, тем зов земноводных возрастал.
В итоге эти квакающие создания все-таки соблазнили Кварца и Резидента… искупаться.
Затем и Ястреб поддался уговорам лягушек. Те, кто купался, прекрасно освежились и нисколько об этом не жалели.
Лишь Беркут проявил необычайную стойкость к зову земноводных и в воду так и не полез.
Когда обсохли и оделись, сели на своих двухколесных коней и покатили дальше.
Хорошая грунтовка довела нас до Сазоново, где нас уже ждал асфальт.
Одиноко стоящую в деревне лавочку облепили четыре велосипеда, и мы затеяли грандиозную чистку.
Щетки Беркута и Кварца второй раз были востребованы всеми.
Дорога была в очень хорошем состоянии, и 21 км от Сазоново до Рязановского Беркут, Кварц и Резидент проехали не напрягаясь.
Можно не сомневаться, что Ястреб тоже не напрягался.
Устав его ждать за 15 минут при въезде в город, Кварц и Беркут поспешили в магазин, оставив меня ждать Сашу.
Магазин оказался рядом, так что когда я дождался Ястр*, мы докатили туда за пару минут.
Три продуктовых магазина находились в одном здании, что заметно расширяло наш выбор.
Но в трех торговых точках остались всего один белый батон и одна черная буханка. Видимо, к вечеру все распродали.
А далее каждый брал, что хотел. В чисто походный рацион у нас входили мороженое (обязательно), чипсы, фрукты, маринованные огурцы, ананасы в банках и т.д.
После дозаправки желудков можно было спокойно искать место под ночлег. Но мне и Ястребу пришлось задержаться.  
Я крепил Сашин рюкзак к багажнику, в надежде, что тот все-таки перестанет себя чувствовать танцором Большого театра на KHS Ястр*.
А Беркут и Кварц уехали вперед, показав по карте куда ехать. Догнали мы их неожиданно быстро.
Прокол заднего колеса согнал Диму с маунтинбайком на обочину.
Пока Кварц чинился, в ход пошел очередной походный элемент дозаправки: бутерброды с вареной колбасой под «Фруктовый сад» из персиков.
Когда колбаса была съедена, а камера заклеена, мы продолжили маршрут.
Кварц в течение километра тестировал свое заднее колесо на скорости около 8 км/ч.
Вроде порядок, и все поехали в своем темпе.
Судя по карте, выбор стоянок на ночь у нас был хороший.
Но все-таки решили встать на озере или озерах (предстояло выяснить) за деревней Ольшаны. Беркут.
Ехавший первым Беркут, тормознул метрах в 300 от нужной нам деревни на подтяжную.
Когда вся собралась вместе, мы, не спеша, отправились дальше.
В Ольшанах молодая мама возила на коляске грудного ребенка.
Кварц, как самый коммуникабельный, решил спросить ее о местонахождении озера.
Беркут вяло его отговаривал, я был особо не против, что думал по этому поводу Ястреб осталось загадкой.
Однако эта женщина встретила Кварца недружелюбно и отправила его к местному лесничему, который, как выяснилось позже,
не мог связать и двух слов. Войдя в контакт с местными, наша команда засветилась перед всей деревней.
То есть деревенские знали, что мы встанем где-то рядом, и нам здесь не рады.
Получается, второй после заднего колеса прокол за вечер. Уже за деревней грунтовка превращалась в три.
И поехали не по той. Уперлись в тупик. Понадобилась разведка.
Беркутом и Кварцем была найдена подходящая стоянка на другой дороге.
Но когда они вернулись к велосипедам, лес уже был во власти сумерек.
Вчетвером поехали к этому месту, возвращаясь в сторону деревни.
Отъехав немного, я очень неудачно переехал одно из деревьев, лежащих на дороге.
В результате сильно отшиб о сиденье часть тела, которая не помогает рулить или крутить педали, но жить без которой очень не хочется.
Оставшуюся до стоянки часть пути я ехал стоя на педалях со скоростью около 4 км/ч.
Мы поочередно доезжали до грунтовой развилки и направлялись по нужной нам дороге. 
Я, естественно, приехал последним. Бивак на ночь разложили метрах в ста от грунтовки около местной речушки.
Учитывая, что мы засветились на дороге, можно сказать, что мы встали на трассе. Никакой конспирации.
Третий прокол за вечер. Расплата не заставила себя ждать. Мы только успели вскипятить воду, как к нам пожаловали лесники.
Отнюдь не чаю попить. Нас с беспрерывным матом и криком выгоняли из Ольшан. Поводом стало, что здесь заповедник, и мы встали в 150 метрах от кабаньей кормушки, хотя никто из нас, ее не видел.
Противоречивость ситуации заключалась в том, что один из егерей курил, а другой очень громко орал.
Получалось, что на запах костра кабан реагирует, а сигарет нет.
А ора, вообще, не слышит. Такой вот глухой кабан.
Реальную причину нам никто не сказал, но, наверное, мы очень сильно помешали кому-то поохотиться.
Запугивая милицией, нашу четверку вышвыривали как щенков. Формально мы были не правы и вынуждены были подчиниться.
И лесники ушли, оставив нам полчаса на сбор уже расставленной палатки, тушение костра и привязыванию рюкзаков к багажникам.
Такого облома в нашей практике еще не было. Как мы выезжали из Ольшан, в деревне видели. Но ехать далеко никому не хотелось.
Километра через два мы съехали на грунтовку и проехали по ней метров 500.
После этого забурились с велосипедами в еловник так, чтобы не было видно костра с дороги.
Более того, в кромешной тьме никто не смог отыскать и самой грунтовки. Перестраховались по полной программе.
Состояние было такое, как будто тебе плюнули в душу. Все были подавлены и возбуждены.
В разговоре, в основном, преобладали эмоции. Но, совладав с эмоциями, Беркут все-таки объяснил:
«Нашим стилем всегда была конспирация, и камуфляжную форму мы носим именно для этого,
а не для красоты или чтобы быть на кого-то похожим. Сегодня мы конспирацией пренебрегли и были наказаны.
Надеюсь, это всем будет урок». От расстройства немного поубавился запас продуктов.
Но на это никто не обращал внимание. После нервного перекуса вслед за Ястребом все отправились спать.


День 5. Подъем


    Автор: Резидент



Моховое — Белоомут — [переправа через р.Ока] —

Фруктовое — Алпатьево — Курово — Григорьево — Городищи
*Пожаробезопасная стоянка* в посадках под с.Клин-Бельдин.


Обычная ночь превратилась в ночь психологической разгрузки.
Проснувшись, никто не торопился вылезать из палатки. Все еще переваривали вчерашнее.
Кто молча, кто-то выдавал очередные догадки, которые либо поддерживались, либо опровергались.
Догадки догадками, а четкий вывод действий местных егерей был сделан.
Скорее всего, их сильно накрутило начальство, возможно даже подняло с постели.
Непрошенные гости кому-то сильно мешали, и лесники получили задание выгнать нас любой ценой, но без шума.
Поднятые с кровати, они были готовы разорвать «заезжих».
Про милицию и пожарных егеря орали для запугивания (выгнать нас необходимо было тихо), а насчет кабаньей кормушки и заповедника, мы так и не узнали. 
Воды здесь не было, и завтрак приготовили на бутылочных запасах.
Да и аварийный ночной бивак совсем не подразумевал наличие воды. Утро уже плавно переплыло в день, а неторопливые сборы все продолжались.
Наконец, последний рюкзак прикреплен к багажнику, и вся группа выбуривается из леса.

До Белоомута Беркут, Кварц, Ястреб и Резидент добрались без приключений. А там, облепив велосипедами первый повстречавшийся магазин, решили затариться продуктами.
То ли мы не отошли от Ольшан, то ли неограниченность в финансах стали виной наших разногласий по поводу покупок.
Хочу заметить, что за десяток предыдущих походов споров на повышенных тонах у продмагов и обид, что ему не купили это, никогда ни у кого не было.
А здесь череда закупочных разногласий длилась минут 15.
В конце концов, купили то, что купили. Впереди была переправа через Оку. Посадку на паром ждали около получаса.

За время ожидания мы вдоволь наснимались с Окой, паромом, велосипедами и всем, что было вокруг.
Приговорили несколько бутербродов и банку маринованных огурцов. Местные с интересом смотрели, как большими охотничьими ножами режутся бутерброды и достаются маринованные огурцы из банки, диаметр которой едва позволял пролезать туда ножу.
Давить передними колесами мирных граждан было не гуманно, поэтому мы «культурно» влезли первыми, частично преградив проход.
Паромная переправа длилась около десяти минут, и не стоила ни копейки.
Сразу за пристанью обосновался короткий, но крутой подъем к автобусной остановке.
Прохождение этого участка Беркутом, Кварцем и Резидентом Ястреб зафиксировал на видеопленку с вышки, приткнувшейся к берегу баржи.

Наверху мы дождались Сашу, и, столпившись вокруг Лени с картой, устроили совет стаи.
Так называлось знакомство с маршрутом и возможными стоянками на ближайшую ночь.
После Белоомута было довольно много поворотов, поэтому совет стаи был нужен каждому.
Когда вроде все всё поняли, Беркут убрал карту, и вся группа продолжила эксплуатировать своих двухколесных коней.

Холмистая дорога постепенно превратилась в пологий спуск. И показался горка, которую нам предстояло штурмовать.
Реальную сложность предстоящего веловосжождения знал только Беркут, поскольку здесь уже проезжал.
Сложность подъема заключалась в том, что он начинался с поворота, и не было возможности разогнаться.
Вообще, по своей форме подъем никак не напоминал равнинный.
Он, как будто огибал дерево невиданных размеров, и больше смахивал на серпантин.
Первым на горку карабкался Беркут, за ним Кварц, Резидент и Ястреб. Но естественное препятствие заставляет полностью переключить все внимание на себя.
С шоссейной третьей передачи довольно быстро переключаюсь на вторую и еду на скорости 2.4.
Крутизна растет, и ноги отказываются работать. Переключаюсь на 2.3. Потом 2.2, 1.2…1.1. Усталость дает о себе знать.
Все силы уходят на вращение педалей. Смотрю вперед и не вижу окончание подъема. Хочу переключиться на еще меньшую скорость, но ее нет.

Проходит какое-то время. Уже не замечаю спад крутизны визуально, но ноги чувствуют ее прекрасно.
Впереди маячит танцующий с видеокамерой Беркут и пытающийся отдышаться Кварц. Но они кажутся где-то далеко.
Подъем становится все положе и положе, но нет ни сил, ни желания переключаться на более высокую скорость.
Последний десяток метров я так и ехал до Димы с Леней на скорости 1.1 уже по ровному участку.
Беркут к этому моменту оклемался, но ему горка тоже не далась легко.
Наконец, и Ястреб, с отсутствующим выражением лица, преодолел этот равнинный подъем.
Небольшой отдых, и снова в путь. Ястреб явно не успел восстановиться и стал невероятно быстро отставать даже для себя самого.
Не увидев меня, он проскочил нужный поворот. Его рация молчала.
Дорога, по которой он поехал, также вела в деревню Фруктовая, но железнодорожный переезд (ж/д) там отсутствовал.
Когда Ястреб это понял, вышел на связь, и его скоординировали.
Я дождался Сашу перед переездом, и мы двинулись к поджидавшим нас Беркуту и Кварцу.

После такого подъема у педалей не осталось сил сопротивляться ногам, и средняя скорость группы составляла около 25 км/ч.

Наш маршрут был таков. После ж/д переезда повернули налево,и двинулись вдоль железной дороги и Оки.
Промчались до Алпатьево. Здесь даже Ястреб держал 22-23 км/ч. Тем не менее, все равно пришлось его ждать.
Разогнавшийся Кварц не хотел останавливаться, и они с Беркутом решили устроить подтяжную только на федеральной трассе М5.
В Алпатьево я дождался Сашу и убедился, что он поехал в нужную сторону. И помчался догонять Кварца с Беркутом.
Пологий спуск до Курово позволил вдоволь покрутить педали на хорошей скорости (около 33 км/ч).
Дальше дорога, в основном, забиралась вверх или стелилась ровным асфальтовым ковром.
Ястреб опять отстал и к М5 подрулил значительно позже остальных.
2км по федеральной трассе проехали все вместе и свернули на Григорьевское.
Можно было искать ночной приют. Но первое озеро нас не устроило из-за близости к федеральной трассе, а далее долго ничего подходящего не появлялось.
По асфальту двигались не более 18 км/ч. Видимо, это меня так расслабило, что ехать я мог только под горку.
По ровному или с набором высоты я перемещался лишь из-за хорошего наката.
Перед поворотом на Тюнино устроили небольшой перекус. 
Саму деревню проехали уже всей группой и выскочили к небольшому озерцу.
Чуть по склону за ним виднелась еловая лесополоса. Поначалу близость к домам отпугнула нас.
Но, пораскинув мозгами, решили все-таки разведать это место получше.
В еловнике вставать было нельзя из-за высокой пожароопасности. Судите сами.
Деревья здесь буквально лезли друг на друга, неделю не было дождей, а земля покрыта полуметровым слоем иголок.
За лесопосадкой оказался лиственный лес, который нас и приютил.
Ужин приготовили на привезенных Кварцем запасах воды, так как от водоема лагерь находился почти в километре.
Но жидкости он набрал мало, и сказал, что если на завтрак этого не хватит, то съездит еще.
Изначально, правда, к озеру хотел отправиться Ястреб.
Но на специально разгруженном для этой поездки велосипеде Беркута ему было тяжело управляться с туплексами.
После предыдущей ночевки спокойное место и хороший ужин были очень кстати.
Только яркий свет, пробивающийся сквозь ветки к нашему костру, напоминал о близости деревни.


День 6. Ураган, шашлык и ловля на живца

    Автор: Резидент



Клин-Бельдин — Зарайск — Мендюкино

- Потлово — Чернево — [слалом]

Стоянка у озера.


Как обычно я вылез из палатки первым. Других дел кроме приготовления завтрака у меня не было.
Вскипятив один кан с водой, я был совсем не уверен, что смогу вскипятить второй, потому что жидкости под рукой больше не было.
Все попавшиеся емкости с водой были разлиты по котелкам, но на чай этого явно не хватало.
Мои шевеления у костра расшевелили всю палатку. Самое время было поднять вопрос о дефиците жидкости.
Но никто из группы, тем более едва открыв глаза, не мог понять, какие емкости с водой опустошены, а какие нет.

Наше общение походило на разговор глухих. Я очень неаккуратно бросил фразу, что кто-то вчера обещал съездить за водой.
Зря я это. На меня моментально налетел ураган по имени Кварц.
Если мягко выразить десятиминутную нелитературную тираду Димы, то можно уложиться в четыре слова: *Хорошо, я поеду за водой*.
Но если посмотреть получше, то хорошего не было ничего. Когда ребята повылазили из палаток, вода на чай сразу нашлась.
Это побудило выдать Кварца еще одну десятиминутную тираду, похожую по смыслу и темпераменту на предыдущую.
Беркут попытался разрулить ситуацию, но тот же ураган едва не снес и его.
Лишь Ястреб, все время находившийся рядом, не пострадал от этого стихийного бедствия, так как все утро грамотно молчал.

Чтобы понять, что творилось у Димы на душе, надо просто попробовать поставить себя на его место.
В таком составе это был первый поход. И мягко говоря, Кварц попал в очень щекотливое положение.
Мне кажется, он думал примерно следующее: «Не поедешь — окажешься балаболом, поедешь — упрямым ослом, который делает то, что ни кому не надо.
Не смотря на все уговоры, Кварц выбрал второе. Позже он объяснил, что в течение получаса после ночного сна обычно приходит в себя.
То есть, туго соображает и не привык сразу завтракать. Я объяснил свое поведение, Беркут свое. Все, вроде бы, друг друга поняли.
Но осадок остался. Инициатором и, значит, главным виновником этой ситуации оказался я.
Как более опытный походник, я должен уметь предусмотреть различные варианты и не ронять подобных фраз.
Нужно внимательнее следить за тем, что говоришь. Будет мне урок.
И, конечно, сказалось незнание привычек и особенностей друг друга.
Сейчас же нам надо было выбираться на трассу и ехать до Зарайска.
Но четырех велосипедистов тормознул водоем.
Озерцо, которое вчера заманило нас встать здесь на ночь, теперь звало в свои воды.
Откликнулись только Кварц и я. Заряд свежести и бодрости был великолепным.
Едва наша группа выкатила на трассу, у Кварца продолжились проблемы с колесом.
Беркуту, Ястребу и Резиденту пришлось ждать на одном из подъемов за Клин-Бельдином.
Ожидание длилось около двадцати минут.
Беркут и Ястреб укатили вперед, а еще некоторое время дефилировал рядом с Димой, который тестировал свое злополучное заднее колесо на наличие очередного прокола.
Вроде обошлось.

Окружающие на поля проскакивали одно за другим.
В сем почему-то запомнился весьма нудный подъем, заканчивающийся у автобусной остановки перед поворотом на Жилицы.
Там устроили небольшой привал. И стали держать равнение на Зарайск.
Поначалу наш велокараван растянулся в довольно стандартном порядке: Беркут, Кварц, Резидент и Ястреб.
Но вдруг я ощутил необыкновенную легкость в ногах. Сначала легко догнал и обогнал Диму, а потом поравнялся с Леней.
Беркут сделал несколько красивых ездовых видеокадров, поймав момент, когда встречных машин не было.
При этом мы двигались с одной скоростью, но по противоположным краям трассы.
Когда покатили друг за другом дорога начала карабкаться вверх.
Беркут подустал, и наш дуэт распался. Мне каждый подъем был в радость, и я доехал до Зарайска в полном одиночестве.
Затем приехали Беркут и Кварц, и отстав совсем немного, Ястреб.
Расположились на перекус мы в одной из самых высоких точек города рядом с огромными металлическими буквами «Зарайск».
По городу двигались шеренгой, чтобы не потеряться. Сначала нам попалась колонка с водой, что позволило нам основательно напиться и наполнить пустые емкости.
Но, главное, здесь надеялись купить батарейки и видеокассету, потому что это был райцентр.
В первом же магазине, где все это можно было найти, Беркут разговорился с продавцом аудио и видеотехники.

Оказалось, что город здесь не очень спокойный, и всех кто лает не по делу, отстреливают. После этого у Кварца как-то отпало желание знакомиться с достопримечательностями райцентра.
Подходящих видеокассет здесь не было, и парень указал нам, где их можно купить. Исколесили вчетвером весь город, прежде чем найти нужный нам универмаг.
После этого Беркуту на глаза попалось летнее кафе, где давали шашлык. Для нас это был очередной элемент чисто походной кухни. Шашлык готовили долго.
Мы успели смолотить свеженарезанные салатики и выпить почти весь купленный Беркутом квас. Протерли камуфляжные штаны о пластиковые стулья и извели неоправданно много фото и видеопленки.
Когда из кафе выходил капитан милиции, Беркут попросил его снять на фотоаппарат Кварца нас в полном составе. Кварц ему подробно объяснил, как нужно пользоваться данным устройством.
Но страж порядка был в таком состоянии, что вместо фотоаппарата ему можно было дать пластиковую ложку. Результат был бы тот же.

Когда ожидание вкусной еды превратилось в тоскливую необходимость получения оплаченного заказа, подали шашлык.  Удивительно, но он того стоил.
Все умяли по двести грамм мяса — Кварц взял сто. И оказался самым предусмотрительным. Но это выяснилось позже.
Сначала было необходимо выбраться из города, что удалось не сразу.
Я ехал за Ястребом и увидел такую картину: обод его заднего колеса касается земли, а камера после каждого оборота целуется со спицами.
Группа была вынуждена остановиться. Примостились вокруг скамейки в открытом дворе напротив возвышающейся над райцентром большой каменной стены. Ремонт занял минут 20.
Из всех городов, которые мы проезжали, Зарайск оказался самым крупным.
И выездов из него было несколько. Наш — на Мендюкино. Но выехать удалось не сразу.

Сначала Беркут немного посусанил. Он повез нас напрямую к реке Осетр, минуя мост.
То ли Беркут забыл, что форсировать реку на дорожных велосипедах гораздо сложнее, чем на велокатамаранах, то ли решил сделать круг почета вокруг деревенских кварталов, никто не узнал.
Но таких узких и раздолбанных деревенских тропинок с большим сбросом и набором высоты нашей команде преодолевать больше не приходилось.
Потом, кто ехал за Беркутом, не заметил, куда тот повернул. Сразу включенные рации. Переговоры. Наконец, группа в сборе.
Вместе проехали мост и дождались чуть отставшего Ястр*, чтобы тот повернул на развилке в Мендюкино в нужную сторону.
А дальше прямо и никуда не сворачивать. Дорога преимущественно карабкалась вверх, и никто не спешил.
Катили более менее плотно. Но шашлык брал свое. На ходу перевариваться он не желал. Каждый боролся с этим как мог.
Кварц и Ястреб ехали на горных передачах, Резидент прикинулся тихоходом, а Беркут двигался как обычно.

Местность здесь равнинная, но дорожная линия не баловала разнообразием: ровный участок, подъем, ровный участок, подъем и т.д.
Усталость сказывалась. И забираясь на очередную горку, Кварц решил, что она последняя. Забрался и… увидел еще более длинный подъем.
*А пошло оно все. Буду смотреть только вниз. В конце концов, дорога не может все время карабкаться вверх.
Суетиться не нужно: это велосипед плохо едет* — подумал Кварц, практически уперевшись головой в руль своего маунтинбайка.
Но Беркуту пришлось куда сложнее: еще не переваренный шашлык у него норовил вылезти наружу.
Но стандартным путем он вывалиться не мог: мешало седло. Поэтому мясо пожелало вылезти через живот, и Лене приходилось сдерживать его коБеркутми.
Но шашлык нагнетал давление, Беркут сделал то же самое. Он взвинтил темп, чтобы одно колено постоянно касалось живота.
Таким образом, он добрался до лавочки, которая являлась самой высокой точкой сегодняшнего маршрута.
И упал рядом с велосипедом на лавочку. Поочередно подъехали Резидент и Кварц. Когда Ястреб появился из-за сверхблизкого горизонта, вид у него был как у сломанного терминатора.
Медленно доехав до остановки, он со стеклянным взглядом остановился. Видимо до остановки в его программе было движение до неё, а тут программа кончилась, Ястреб остановился с устремлённым вперёд взором.

- Ну, — уже пришедший в себя Кварц решил поинтересоваться ощущениями Ястр*, — Как подъёмчик?

- Хорошо… — эхом отозвался Ястреб, через небольшую паузу, после чего отпустил ручку тормоза, который по-видимому был зажат всё это время.

- Что так и ехал на тормозе?

Когда Ястреб понял, о чем речь, он только устало улыбнулся. Время шло.
Сушки исчезали с поразительной быстротой. Горячий кофе из термосов растекался по желудкам.
Все уже готовы были крутить педали, а Беркут приклеился к скамейке и не хотел никуда двигаться.
Но подкрадывался вечер, а ночевать на продуваемой со всех сторон остановке никому не хотелось.
Я забрался на седло и покатил. За мной Кварц, Ястреб и Беркут. Теперь уже преобладали спуски.
Разрывы росли. Я оглянулся и никого не увидел. Уезжать смысла не было.
Я знал, что ночной бивак устроим либо на озере, либо на речке малая Песочная, впадающей в него.
До них оставалось километров 6-7. Спешить было некуда, и я перестал крутить педали.
Беркут и Кварц *съели* Резидента моментально. Ястр* с ними не обнаружилось.
Наверное, он как обычно умудрился застрять на ровном асфальте. До воды докатили втроем.
Я искал стоянку, ребята стерегли Сашу на дороге.

Вечерело. Смеркалось. Совсем стемнело. Ястр* не было ни видно, ни слышно.
На рацию надежд было мало, так как мы забрались в самую низину. Количество версий, куда подевался Ястреб, росло с каждой минутой его ожидания.
Самая неприятная из них, что он повернул на Озеры. Развилка находилась километрах в восьми от нас. Но это напоминало гадание на кофейной гуще, да еще в темноте.
На совете стаи решили, что самый свежий Резидент, и я отправился на поиски Ястр*. Тем временем Саше пришлось несладко. 
Второй за день прокол застал Ястр* врасплох: ключа, чтобы снять заднее колесо у него не было.

Но закаленный в походах 12-летний парень придумал интересный способ по нахождению этого ключа. Он вставал посреди ночной дороги и тормозил грудью огромные фуры.
Часть дальнобойщиков, отвыкших от подросткового рэкета на дорогах шарахалась от него в сторону, у тех же что останавливались, не находилось нужного ключа.
Просто у фур не только гайки немного побольше, но и ключи (даже странно). Один водитель даже готов был подвезти Ястр* с велосипедом, но, как назло, ехал в другую сторону.
И Саше пришлось медленно топать по кромке трассы, катя рядом свой KHS.
Резидент с ключом пришелся как нельзя кстати. Колесо сняли, прокол устранили, и когда клей засох, прикрутили все обратно.
После этого, не спеша, покатили к стоянке, где нас уже ждали костер, еда, расставленная палатка, ну и Беркут с Кварцем.


День 7. Время забрасывать камни

    Автор: Резидент



Дневка у озера.


Стоять или ехать? Отдыхать или крутить педали? Беркут хотел двигаться.
Кварц слиться с природой на берегу озера и порыбачить, Ястребу и Резиденту было все равно. 
В результате решение пришлось принимать мне. Подумав, что Беркут как-нибудь перетерпит, я сделал выбор в пользу Кварца.
У него, скорее всего, уже не будет другой возможности уединиться со своими мыслями в таком спокойном месте, где можно часами лицезреть водную гладь.
А заодно порыбачить и на денек вырваться из ритма беспрерывной велогонки. Когда я захотел искупаться,
Кварц вручил мне камень с намотанной на него леской.
Я должен был доплыть с 5-7 килограммовым булыжником до середины озера и кинуть его в воду.
Потом еще один. Причем один камень я забрасывал, заплывая влево, другой вправо.
Третий груз к месту назначения Кварц доставил сам, опустив его между моими двумя камнями.
В добавлении к этому в воду ныряли еще крючки с поплавками.
Толи это был прогрессивный метод рыбалки, толи я полный профан в этом деле, но зачем все эти навороты я не понимал.
Кварц же, усевшись поудобнее на берегу озера, терпеливо ждал, когда первая рыба клюнет на его червя.
Этих червей наковырял Беркут, быстро нашедший их гнездо. Первый улов не заставил себя ждать.
Небольшая рыбешка попалась на крючок минут через 20 после установления этой хитрой системы.
Только поймана она была не Кварцем, а Ястребом и не с помощью хитрых приспособлений, а на обычную палку, которая гнулась от одного прикосновения.
Воодушевленный успехом, 12-летний парень еще долго сидел у кромки воды на противоположном берегу в надежде отловить еще что-нибудь, но удача так больше ни разу не повернулось к нему лицом.
Хитрое приспособление Кварца тоже оправдало себя: несколько небольших рыбешек оказались неравнодушными к червям.
Но улов был невелик, и Кварц не захотел возиться с мелочью. Получилось, что едва ли не первый раз за поход,
он поступил спортивно: отпустил всю рыбу в воду. За вторую половину дня я неоднократно пожалел,
что решил все-таки устроить дневку. К нам пожаловала ее величество скука.
Она сначала пропитала все клеточки головного мозга, а потом медленно начала сползать по телу вниз.
В результате процесс приготовления и поглощения пищи был вызван ни сколько желанием поесть, а возможностью убить время.
Лишь Кварцу было хорошо: он уединился с природой и отдыхал от бешенного походного ритма.
В таком режиме и голова работает по-другому, и мысли скачут значительно быстрее.
У Кварца с Резидентом, напомню, это был первый совместный поход.
И только на седьмой день у нас появилась возможность получше узнать друг друга.
Что от кого ждать в велорежиме, мы уже могли представить, а вот пообщаться в спокойной обстановке смогли впервые.
Уснувший ветер, тихое озеро и сгущающиеся сумерки очень даже способствовали этому процессу.
Когда совсем стемнело, Беркуту уже хотелось выть от скуки на луну, но та предусмотрительно не появлялась.
Поэтому Беркут стал расстреливать эту самую скуку из Дрозда (автоматическая пневматическая винтовка с лазерным прицелом).
Заодно доставалось и проезжавшим по трассе машинам, от выстрелов они почему-то резко ускорялись.
Да и лазерный прицел не способствовал спокойствию на дорогах.
Теперь можно было смело сказать, что пылившаяся весь поход в рюкзаке Беркута пневматика все-таки пригодилась.
Больше делать было нечего и все кроме Кварца, который готов был спать на озере, отправились спать.
А Кварц еще долго поблескивал на берегу, окончательно превратившись в приозёрный артефакт.


День 8. Ошибка навигации

    Автор: Robin Couton



Чернево — Богатищево — Топканово — Острога — Растовицы —

Романовка — Растовицы — [трахт] — [слалом] — Игумново — М6

— Марьинка — [трахт] — [слалом] — Дъяконово — Мордвес — М4 — [трахт]

Ночовка в лесополосе.


Первый выбрался со стоянки Беркут, и сделал пару кадров камерой, как Резидент с Кварцем бодренько двинулись оттуда по наикратчайшей траектории к подъёму на трассу через мост.
После этого он растворился в прозрачном утреннем воздухе, предоставив команде пешком взбираться на этот крутой подъём, что бы потом без энтузиазма немного спустится по асфальту и снова подниматься к Чернево.
Никто не видел Беркута на подъёмах, ни на одном, зато он совершенно свежий и бодрый материализовался уже после них, причём ещё тогда, кода ребята ещё не успели одолеть спуск…
На угрюмые молчаливые вопросы об этой телепортации он лишь загадочно ответил, что *нормальные герои всегда идут кругом, а я срезал*.

После Чернево хороший асфальт немного попрыгал подъёмами-спусками, а затем свалился в многокилометровый пологий спуск к Богатищево. Но нам туда не надо, и важно не проскочить серию поворотов, выводящих на дорогу через Топканово.
Резидент, даже после капремонта велосипеда, ехал не так быстро, как Кварц и Беркут, а Ястреб катил как обычно, растратив свой запал ещё под Чернево, начал заметно отставать.

Ни Беркут, ни Кварц не стали отказывать себе в удовольствии не крутить педали и ехать быстро. Рекордов скорости ставить им не хотелось, но велики ехать меньше 45км/ч просто отказывались.
Беркуту пришлось сделать над собой волевое, а над Кварцем почти физическое усилие, что бы остановиться на подтяжную у первого решающего поворота к Топканово.
Но ноги Кварца просто рвались вперёд, и как только подъехал задумчивый Резидент, ему было объявлено, куда ехать дальше, после того как он дождётся Ястр*, застрявшего где-то на спуске.

Кварц утащил Беркута к следующему повороту, но небольшой подъём к нему немного охладил его пыл и перегрел тело.

Завидев хитрую для Резидента с Ястребом развязку *Топканово-Богатищево*, они поняли, что посадят все батарейки в рациях, пока объяснят, куда кому поворачивать.
Поэтому решено устроить подтяжную. Остужая себя фляго-водными процедурами, решили пополнить запасы хл* и ещё чего-нибудь в Топканово,
но, учитывая что такая остановка может сбить ходовой темп, набравшийся к этой минуте, было также решено с дороги никуда не сворачивать, а покупать только в попутном магазине.
Так и рассказали о планах подъехавшим минут через 15 Резиденту с Ястребом.

Перед самым Топканово дорога ныряет вниз, проходит пару важных развилок, и поднимается очень резко вверх.
Что бы не потеряться в столь сложной обстановке, мы держимся вместе, изо всех сил стараясь не растягивать группу.
Однако подъёмы сразу расставили всех по местам: у Кварца велосипед опять поехал плохо, но почти не терял из виду тоже плохо ехавший велик Беркута, а Резидент с Ястребом, получается, вообще не ехали.
Как-то так само-собой выяснилось, что Топканово мы уже проехали, а магазина так и не встретили. Кварц с Беркутом медленно подкатили к железнодорожному переезду, где стали ожидать подъём шлагбаума в надежде быть догнанными Резидентом.

Фундаментально сделанный переезд жил своей жизнью, причём лишь отчасти стыкуясь с железной дорогой.
Открывался он вразнобой, пропускал машины по одной, причём не обязательно из-за проходящего поезда.
Пока Кварц созерцал столь забавный график работы переезда, стало понятно, почему он такой:
смотрительша переезда просто колымила. Она останавливала машины, что бы кого-то в них посадить.
Энтузиазм, с которым она тормозит транспорт, заставляет задуматься о бескорыстии этой деятельности.

Не выдержав мучительного ожидания на переезде, Кварц уговорил Беркута подождать в более прикольном месте остальных, а именно спустившись к следующей развилке, что и было сделано.
Там, Беркут с Кварцем спешились, и пофоткались на память со своими великами. Так же спокойно засняли спускающихся с переезда Резидента с Ястребом.
Теперь, мы ехали вместе, что бы не проскочить поворот перед Острогой на Ростовицы. Не проскочили. Там сильный спуск, небольшой подъёмчик, небольшая деревенька и… развилка на три стороны, причём одна из дорог на карте не была обозначена.
Хотя и новодел не напоминала. Два пути, из которых нам надо было выбирать один, представляли из себя длинные, довольно долгие подъёмы, которые обещали нам массу воспоминаний о себе.
Собрали совет стаи прямо на развилке.
Вопрос был один — куда ехать, по той дороге, что на карте, или по неизвестному пути в неизвестном направлении?

Дух авантюризма одержал верх, и мы двинулись в неизведанное. Оно оказалось таким, что пришлось быстро переключаться на самые низкие передачи, смотреть не дальше переднего колеса, и думать, что это не подъём такой крутой, а *просто велосипед плохо едет*.
После изнурительной плохой езды на нижних передачах удалось преодолеть апогей крутизны и подниматься дальше думая, что едешь по ровному месту. Ровное место вывело опять оторвавшихся Кварца с Беркутом к Т-образному перекрёстку, причём дороги вели все не туда, куда нам было надо.
Решено устроить разведку полубоем. Беркут с Кварцем срываются на запад, поскольку на востоке могло быть только Богатищево, которое мы уже проезжали. На западе оказались те самые Ростовицы, но на этом асфальт заканчивался.
Ехать назад, спускаться и потом снова брать такой же тяжёлый подъём хотелось настолько, что решили поискать альтернативное решение, тем более, что через Ростовицы идёт загадочно-петляющая дорога куда-то в далеко по плитам мимо устало-подыхающих псов.
Доложив о местонахождении, и планах разведки по рации, Беркут рванул туда. Кварц тоже.
После псов и мостика через запомоенную речку грунтовка вышла в чисто-поле и пошла по пашне.
Сухая и тёплая погода иссушили землю так, что кажется, что едешь по застывшему бетонному месиву.

Месиво привело в Романовку. В этом сознался местный житель, которого допросил Кварц прямо на огороде, и то не сразу.
Судя по всему, это тупик. Кварц развернул себя и Беркута назад, к месиву.
Преодолев его, ближе к подыхающим псам они встретили отставших, и бодро проехали дальше.
Беркут понял, что ошибся в навигации и попал в блудни.
Тогда он решил доверится интуиции, и просто и тупо искал любой поворот на юг.
Все такие повороты в Растовицах выводили на окольную тропинку идущую вдоль какого-то другого поля.
Там замаячила дорога на Богатищево, но самое главное, что увидеть можно было уходящую в горизонт полевую дорогу на Зарытово.

Эта полёвка тоже застыла с причудливыми колеями, на которых Кварцу приходилось сосредоточивать всё внимание,
потому что Беркут ехал явно быстрее положенного для таких участков, а Ястреб явно не хотел отставать.
Крайне увлекательное маневрирование на скорости в колеях не закончилось и в лесу, в который дорога однозначно вела.
Лес не густой, где кустистый, где разреженный. Но Кварцу было не до него.
Буфер памяти у него начал переполнятся, а рефлексировать на дорогу всё ещё надо.
Спина Беркута с рюкзаком на багажнике куда-то пропала, а дорога продолжала наваливаться на его байк.
Пройдя по узкой дорожке между каких-то уже цветущих садов она дёрнулась вверх к дереву, за которым расплывались очертания деревни Зарытово, а под деревом волнился Беркут.
Да, Беркут делал что-то странное. Он стоял на дороге, и при этом весь шёл волнами, всё время меняя цвет и форму тела.  Удивительно, но он того стоил.
Кварц решил выяснить у него, зачем он так делает, и остановился.
Не успел спросить, как грунтовка вырвалась из под ног и колёс, и медленно поплыла куда-то вперёд.
Кварц посмотрел на волнообразного Беркута, присосавшегося к велофляге.

- Ты это видишь? — Спросил осторожно Кварц.

- Чего?

- Дорогу.

- Вижу.

- А зачем сам волнами колышешся? — Кварц понимая странность вопроса, тем не менее, хотел докопаться до истины, — И вообще, останови дорогу, а то она уедет.

- Готов. — Беркут внимательно и печально посмотрел на Кварца. — Наелся кексов. Глюки…

- Значит глюки… Так, мне нужен отдых. Пока не пропадут. А прикольные глюки!

- Ага. Хорошо прокатились…

- Да-а…

Тут же был устроен подтяжной перекус. Вскоре появились Ястреб и Резидент, а глюки ушли. Вместе с банкой шпрот и плиткой шоколада. Теперь нам надо выбираться на федеральную трассу М6, причём желательно через Тюнеж, что бы по оной не ехать. Но такая удача врядли нам светит, и скорее всего мы поедем через Игумново.

После того, как мы начали колесить по Зарытово, к великому изумлению местных жителей и дачников, выяснилось, что ехать будем просто там, где найдём дорогу. Нашли её лишь проехав все задворки и околки. Это грунтовка, которая шла примерно в нужном направлении. Она сначала немного набирала высоту, потом выровнялась, и мы бодро крутили педали навстречу приключениям.


Игумновский слалом

    Автор: Robin Couton



Дорога шла по полю, засохшая грунтовка. С велосипедного седла она казалась горизонтальной,
но как показала практика, она шла под уклон. Буераки и рытвины добавляли азарта к всевозрастающей скорости всех участников.
Беркут, поначалу как всегда державший лидерство, сделал несколько ездовых кадров камерой, и отдал её так же шустрому Ястребу.
К этому моменту его обогнал Резидент, неожиданно обнаруживший у велосипеда способность разгоняться выше 30км/ч по просёлку.

А дорога тем временем медленно, но верно, набирала уклон вниз, пока не открылся вид на Игумново.
Посёлок лежал где-то в кустах за рекой, к которой серпантином спускалась размытая по колеям дорога,
образуя причудливый и непредсказуемый из-за частых и крутых изгибов слаломный спуск.

Педали под ногами Резидента перестали сопротивляться, а сам он с летящим чувством ринулся вниз.
Первый поворот интуитивно проскочил, после второго размывной овраг посреди дороги набрал глубину,
и ко второму повороту Резиденту удалось произвести отрыв своего аппарата от земли и отправится в свободный полёт.


Но не на долго. Вскоре пришлось заходить на посадку. Резидент успел проверить выпушенные шасси,
но промахнулся мимо посадочной полосы. Переднее колесо помучилось в канаве и остановилось.
А всё остальное полёт продолжило. Резидент включил дополнительную тормозную систему, закамуфлированную у него под локоть,
но она вошла в контакт не под правильным углом, и посадка состоялась на брюхо…

Беркут же после первого поворота понял, что лететь здесь не самая лучшая идея, и решил остановится.
Но не тут-то было, на его скорости. Рюкзак начало заносить, и воизбежании нештатной посадки он решил катапультироваться
из седла. Покатавшись по травке на склоне, он нашёл свой велик со свёрнутым рулём, и выправив его аккуратно поехал дальше.
На хвосте у него уже был Кварц с Ястребом, а перед ним стоял отчего-то сильно радостный
Резидент с руками сложенными в виде знака запрещающего посадку, и орущего *Сюда нельзя!*.
Позади него был воткнутый в канаву байк, с передним колесом далёким от правильной формы.

- Так, аварийная стоянка, — с ходу начал генерить команды Беркут, — Резидент: снимай колесо, Ястреб: съёмка камерой,
Кварц…

- Что?

- Позову, если что, — отозвался Беркут, так и не придумавший ему занятия.
— Чинить будем методом бабуинивания по *Циклонскому способу*!

В этот момент Резидент внимательно посмотрел на свой недавно купленный велик…
И до него начало доходить, что ехать на нём отныне нельзя.
Лицо его менялось постепенно, улыбка от заряда адреналина ещё не прошла, а глаза стали грустными.
Настроение Резидента резко упало ниже всех допустимых норм, и разбилось о сухой песок дороги.

Ребята тем временем как назло аккуратненько припарковали на лужайке рядом свои велики,
и Беркут начал деловито отковыривать от его велосипеда колесо.


На *Циклоне* — Резидент как-то неудачно затормозил на спуске, в следствие чего его
заднее колесо того велика сложилось почти пополам, но после бабуинской пляски на нём
совмещённой с гнутьём спиц оно смогло даже провернуться в своей вилке. Одна незадача,
оно самопроизвольно меняло свою форму после этого: с одной формы сложной восьмёрки,
на прямопротивоположную. Тем не менее, как-то ехали потом. Здесь колесо пострадало
значительно меньше, но Резидент всё равно опасался, что оно после ремонта будет опять
играть в трансформеров. Поэтому когда через полчаса бабуинивание закончилось,
Резидент ехал дальше так, словно у него колёса из тонкостенного хрусталя,
пешком обходя любую неровность на дороге, коих было немало….

Собственно Игумново кончилось как-то очень быстро.
Большая поляна-площадь в центре деревни, поворот, и мы снова в поле. Опять грунтовка.


Кнут и Пряник.

    Автор: Robin Couton


Настроение Резидента,
сломанное как велосипед, и отбабуиненное как его колесо, мешало привычно давить педали, но он не отставал от Беркута.
Зато Кварц, завозившись с рюкзаком, отстал.
Дорога как назло петлилась, раздваивалась и расстраивалась постоянно,
а после Игумновского слалома интуиция отказалась работать вовсе.

- Беркут Кварцу на связь!

- На хрр-вязи..

- Мне поворачивать?

- Х-ррр.. а! Э… — отозвалась станция.

- Повтори!

- Где?

- Тут развилка.

- Какая?

- Тройная!

- Блин!

- Куда?

- Короче прямо, по основной.

Это ставило в тупик. Грунтовки перед Резидентом были совершенно одинаковые, одна шла в какую-то делевню, остальные в поле.

- Мне в деревню заежать?

- Х-х..А! — бодро ответила станция, что Кварц расшифровал как ответ *Да*, хотя на самом деле, выезжавший
к трассе Беркут ответил *Нафига?* и понял, что надо в рации заменить батарейки, потому что она выключилась сама по себе.

Кварц въехал в деревню и не найдя в ней никого из своих, стал домогаться сначала до аборигенов, потом до рации.
Деревня была в низине, поэтому добиться от рации взаимности удалось не сразу, причём ответил Ястреб, который поведал,
что он уже на трассу выезжает.
Ястреб предал свою рацию Беркуту, и вскоре выяснилось, что в деревню заезжать не надо было,
а лишний кульбит с таким упавшим настроением на хрустальном колесе вызвал в
Кварце бурю негативных эмоций, коими очень хотелось поделится с Беркутом,
уже перешедшем трассу, и обсуждавшего с Резидентом сколько и каких пряников покупать у придорожной палатки
с свежеразбуженной продавщицей.

Дорога, приведшая их сюда, была проинтуичена как единственно возможная Беркутом в соавторстве с Резидентом,
и шла как-то в обход всех населённых пунктов находящихся поблизости, а отсюда до нужного поворота
на Марыгино километров 8-10, и ехать их надо по 2-х полосной, явно перегруженной фурами трассе.

Пряники закупались впрок. По ходу трассы такие палатки нам потом попадались через каждые пол-километра,
тем не менее после пережитых глюков, слаломов и бабуинов, хотелось немного отдохнуть, хотя обстановка не располагала.
Кварц, добравшись, был успокоен пряником, а остальные ждали продолжения банкета. Заодно Беркут в Рации батарейки освежил.

Перекусив по прянику купленному на общаковые деньги и запив термосной жидкостью мы поехали на юг, в сторону Тулы по М6.

Беркут, как единственный более-менее чётко представлявший нужный поворот и его местоположение ехал первым,
потом Ястреб, потом Резидент, и замыкал Кварц. Такое построение необходимо из-за сложности участка:
фуры по трассе ехали так, словно на Париж-Дакар, обгоняя друг-друга по встречке, а встречные объезжали их,
тоже выезжая на встечную, явно не сбавляя в скорости.
Поэтому самые сильные ездоки были в авангарде и арьергарде.
Ястреб попытался сделать ходовой кадр камерой, но увидав полные ужаса глаза Резидента и Кварца,
понял, что здесь что-то не так, и задвинул идею.
В это время Резидент, единственный в команде не обладавший на велосипеде зеркалом заднего вида,
прижимался к обочине, не зная, что начал позади себя собирать пробку-колонну из фур, которые раздумывая как бы его переехать,
дымили выхлопом прямо в нос Кварцу.
В образовавшуюся перед Резидентом пустоту со встречных 2-х полос вылетали на обгон друг друга фуры и автобусы,
идущие из Тулы, и от них уже уворачивался как мог Беркут. Чем занимался в это время Ястреб, кроме кручения педалей,
неизвестно никому.

Наконец терпение водилы фуры за Резидентом лопнуло, и многотонная махина прошла в
2-х сантиметрах от руля Резидентова велосипеда, отчего тот оказался на щебене обочины.
Колонна фур, собранных Резидентом, рванулась вперёд, едва не сметя Беркута,
да так, что тот уворачиваясь от них сломал крепление крыла на переднем колесе.
С хрипом дотянув до поворота на Марыгино, Беркут встал на ремонт.

Догонявшие его ребята с трудом справлялись от вставившего их на трассе адреналина.
Ястреб получил сильную взбучку за пируэты с камерой, до Резидента медленно доходило, почему фуры так на него обозлились,
а Кварцу хотелось свалить отсюда подальше. Объединяло всех одно: все были довольны тем, что участок по М6 закончился,
и все остались живы….


Мордор

    Автор: Robin Couton

Мордором как-то сам собой назвался Мордвес, в который нам надо было попасть до того, как в нём закроются магазины,
в которых мы собрались пополнить съестные припасы. Для этого мы должны преодолеть грунтовки до Даровой.
А после Мордора искать место для ночёвки. После трассы М6 грунтовка в Марыгино казалась тихой велодорожкой,
на которой мы медленно приходили в себя. Ястреб решил на ходу взять у Беркута интервью, и это ему удалось.
Дорога шла вдоль речушки в столь крутом овраге, что спускаться туда никто не захотел.
А ближе к Марыгино начался слалом, на котором Беркут не удержался от соблазна немного полетать.
Посадочная полоса выглядела как мост через ручей, где мужик, с удочкой чуть в воду не прыгнул,
когда увидел заходящего на посадку Беркута на велике. Картину довершали улюлюкающий позади него Ястреб,
Кварц, ехавший с видом танкиста, и печально-вдумчивый Резидент. За мостом резкий, но небольшой подъём,
который легко берётся накатом, но потом развилка, где мы столпились, пытаясь соорентироваться.
Покрутив карту с компасами, решили, что надо налево с поворотом потом на право.
Поднялись, повернули, и поняли, что угадали. Дорога правда была интересной.
С подъёмом, она петляла между непонятно откуда взявшихся препятствий, развиливалась и хитрила.
Беркут на виражах немного закопался, в результате оказался самым последним.
Тем не менее, на подъезде к Даровой он уже догнал авангард из Кварца с Резидентом,
и вся компания почти кучно взобралась на асфальтовый пятак посёлка.
Оттуда все ровно покатились в сторону Дъяконово, и упёрлись в засадную развилку.
Засадность её была в том, что дороги от неё шли не туда, куда должны.
Однако коварство развилки не помешало нам сообразить, что дорога через мостик явно та, что надо и опять
подтянувшись в кучу мы начали подъём в Дъяконово.

Дъяконово встретило нас задворками. Точнее двором какого-то большого предприятия с проходной и площадью перед ней.
Разъехавшиеся Кварц с Беркутом опять не стали никого ждать, и поехали дальше.
Преодолев несколько хитрых перекрёстков, причём со светофорами, они неспеша выехали на Мордорскую дорогу.
Резидент же долго выяснял, как это они сделали по рации, а Ястреб пошёл в обход, и партизанской тропой тоже выехал
в нужном направлении. Однако, оказавшись на асфальте, скорость у него как-то сразу пропала, и он был беспощадно обогнан,
отставшим было Резидентом. Сразу за Дъяконово идёт небольшой но весёлый из-за частых рытвин спуск,
на котором могли себе позволить разогнаться только упылившие вперёд Беркут и Кварц.
Резидент же медленно и печально взобрался на следовавший за ним подъём, а Ястреб продолжал ставить рекорды тихоходности.
Вскоре рядом с ним материализовалась легковушка, которая тоже никуда не спешила, потому что тихо ехала рядом с Ястребом,
а её содержимое внимательно изучало самого Ястр* и его велосипед. 
- Ты всегда так медленно ездишь? — поинтересовалось содержимое у Ястр*.

- Нет. Это я быстро стою! — Ответил бодро Ястреб.

- Может тебя на буксир взять?

- Нет! Это не спортивно! — Гордо отрезал Ястреб. Легковушка удивилась и уехала. А Ястреб остался.

Дорога на Мордор густо покрыта рытвинами и буераками, поэтому не смотря на то, что она 4-х полосная для автомобиля,
даже не велике надо умеючи выбирать дорогу. Беркут с Кварцем хоть и не спешили, но ехали быстро,
попутно обсуждая актуальные вопросы современности, сеансы походных глюков, и езду остальных участников.
Временами дорогу затягивал густой дым от пожаров на обочинах, и сильно тянуло гарью от сожженной травы.
Добравшись до въезда в Мордор, они встали на подтяжную, испытывая некий трепет перед столь звучным местом.

Тут же перед ними проскочил мотоцикл, и совершив странный разворот скрылся в недрах городка.
После этого сразу появилось несколько милицейских машин, проехавших в разные стороны.
Потом снова появился мотоциклист, на это раз остановившийся около Беркута.

- Менты куда поехали? — спросил он тихо.

- Одни туда, другие оттуда. — незадумываясь ответил Беркут.

- Фу, значит пронесло. — мотоциклист Беркута видимо понял, — Блин, достали за мной гонятся… в пятый раз-то за неделю…

Беркут, после положенного таких случаях знакомства, сразу стал выяснять, где можно пополнить съестные припасы.
На что получил ответ типа *Едешь туда, по основной, мимо не проедешь. Есть ещё рынок там*.
Для Беркута это было исчерпывающей ориентировкой, поэтому когда команда была вся в сборе,
он осторожно возглавил процессию въезда в Мордор.

Мордвес — военный городок. Это видно по зданиям, людям. Всё зашифровано. И зашито белыми нитками.
Мы крались по центральной дороге в вечеряющем городке до ближайшего открытого магазина.
Магазины попадались, но без хл* или чего-то ещё, пока мы не добрались до рынка.
Там функционируют допоздна несколько магазинов и киосков, маневрируя между которыми мы купили всё что хотели.
После чего так же осторожно и крадучись стали выбираться в сторону трассы М4 в поисках ночлега.
Однако даже предместья Мордора были либо заселены, либо там находятся сады, короче забурится совершенно негде,
а хотелось встать в спокойном месте, что бы как следует отдохнуть.
Так, водя жалом во все стороны мы выехали к мосту через федеральную трассу М4.
В ней по 3 полосы в каждую сторону, и ещё аварийная велодорожка по краям. Магистраль. Но нам хотелось устраиваться на ночлег.

Уверенный в себе как танк Беркут пересёк мост, за которым обнаружил какую-то толи канаву с водой, то ли ручей,
а за полем он шёл в лесополосе, которая так и манила к себе.
Проехав ещё немного вперёд, он свернул налево в поле, и проехав немного по грунтовке, остановился в тупичке. 
- Нам туда! — Беркут показал налесополосу напрямки через поле. Это было чисто направлением, но не дорогой.
Всё устали настолько, что даже не оспорили предстоящий переход по пашне, и поехали за ним.

Велосипед KHS Westwood кроме колёс 28*-го диаметра, оборудован подседельным штырём с амортизацией,
поэтому Ястреб и Беркут не испытывая особого дискомфорта вскоре добрались до указанной точки.
А вот Trek 4500 с 26*-ми колёсами и без амортизации седла доставил своему владельцу
Кварцу массу вибрационных ощущений, так что он едва обгонял идущего рядом Резидента с его хрустальным колесом.
Кварц не хотел даже вперёд смотреть — Беркут растворился в деревьях,
Ястреб ушёл под землю, а на оглядывания в сторону Резидента не было не сил, ни желания. А пашня всё наезжала и наезжала, велик подпрыгивал и попрыгивал, и когда лесополоса таки приблизилась, Кварцу в это уже не верилось, потому что она покрылась пикселями и рассыпалась на шашечки.

Одна из груд шашечек вдруг встрепенулась и спикселилась в стоящего рядом Беркута, пытавшегося что-то сказать.
Кварц попросил его не пикселится, но тот как назло опять рассыпался на битые пиксели.
Мало того, земля из под ног опять, как под Зарытово, норовила рвануться куда-то вдаль.
Кварц понял, что на сегодня он наездился на байке достаточно, и надо хотя бы подождать,
пока его самого перестанет пикселить. Подошёл Резидент, и тоже нагло рассыпался на пиксели. Но сразу собрался обратно.

Начало активно темнеть, и Беркут с Ястребом быстро занялись поиском места для бивака
. К поискам присоединились Резидент с Кварцем, которого всё ещё разбирало на пиксели.
Лесополоса стояла над оврагом, в котором текла вода из бьющих тут же ключей, а вставать решили на одном длинном мысу,
сильно вклинившимся в овраг.
Ехать между плотно стоявшими деревьями было не просто, тем более уставшим, поэтому шли все пешком.

- Хм, — Глубокомысленно заметил Кварц, — Знаешь, я вот уже давно слез с велосипеда, а моя задница всё ещё прыгает по пашне… да и пикселит ещё что-то…

Видимо Беркут был ненамного свежее, потому что дойдя до места стоянки он просто упал и стал таращится на остальных.
Остальные тем временем пытались собрать мысли в кучу, что бы понять, что надо кому делать.
Приговорив по йогурту, и конце концов распределив функции, все начали шевелится,
и только через час горел костёр, стояла палатка, варилась еда.
Попутно выяснилось, что в процессе поиска дров Ястреб потерял всё содержимое своего ножа выживания вместе с крышкой-компасом.
Несмотря на усталость и темноту, все по очереди отправлялись на поиски пропажи, и только
Беркуту удалось вытропить набор выживания, но компас так и не нашли. Так закончился один из самых бурных дней этого похода.


День 9. День пролётный.

    Автор: Robin Couton



М4 — *Деминский Карьер* — М4 — Карпонок

— [трахт] — [слалом] — Сосенки — [слалом]

Стоянка на берегу р.Осётр напротив д. Бяково



День начинался хмуро, дул холодный ветер, гнались по небу тучки.
Однако лесополосная ночь всем пошла на пользу, и несмотря на вчерашние приключения все чувствовали некоторую бодрость.

Осмотр окрестностей стоянки свежим взглядом дал понять, что выбраться с неё можно без преодоления вчерашней пашни,
а просто перебравшись на другой берег оврага. Это было довольно приятным открытием на фоне потерянного Ястребом компаса,
и крюгеровской майки Резидента. Баки были залиты водой, термоса горячей жидкостью,
Рюкзаки примотаны к багажникам и команда выдвинулась к преодолению оврага. Никто не спешил — не хотелось
. Несмотря на это Беркут излишне шустро добрался до асфальта, откуда с интересом наблюдал за подтягивающимися ребятами,
с странной процессией из местных жителей: двое взрослых мужиков с ружьями наперевес вели к лесополосе трёх детей.
Печально так.

- Наверно опять расстреливать… — переглянулись мы, глядя как они скрылись в лесополосе.

Неспешно выехав на трассу М4, начали потихоньку движение.
Надо проехать 40 км до поворота на Метростроевский, а там через карьер забраться на противоположный берег перед д. Бяково.
Правда для этого ещё дорогу через карьер разведать надо.

А велики тем временем набирали ход. Поле первой подтяжной погода расшаманилась, и стала чисто походной:
ясное солнце дополняется весенней прохладой, которая не даёт вспотеть в седле и экономит воду во фляге.
Ястреб как всегда начал потихоньку отставать, на этот раз не очень сильно, а Беркут ушёл в отрыв с Резидентом.
Скорость набиралась как-то сама собой, без напряга.
Они летели со средней скоростью 40км/ч, при этом Беркут на спусках ставил рекорды скорости.
Один из спусков, к реке Осётр, после того как Беркут там прехал 65-67км/ч стал называться *спуск рекордов*.
Кварц же толи не хотел, толи не мог с 26-ти дюймовыми колёсами гонятся за шустрыми KHS-ами, поэтому шёл позади Резидента,
и разглядывал автомобили, которые притормаживая около Беркута ложились в параллельный курс и подолгу шли так,
толи мерея скорость его байка, то ли ища там моторчик.

На *спуске рекордов* Беркут разогнался так, что без труда вкатился на следующий сразу за ним подъём. 
Правда там же его догнал нерекордствующий Резидент. Тут же был поворот на мост в сторону карьера.
Быстро взобравшись на мост, мы обнаружили, что всю дорогу от стоянки сюда пролетели за 40 минут.
Вскоре приехали Кварц и за ним неспешный Ястреб. Обменявшись впечатлениями, команда дружно направилась к карьеру.

Подъезд к Деминскому карьеру соответствующий: извилистая и прыгающая вверх-вниз дорога,
из плотно утрамбованного известняка, упирается в ворота с охранниками.
Охранник не возражал против наших планов, и Резидент с Ястребом, прихватив камеру и оставив байки отправились в разведку.
А охранник решил на всякий пожарный выяснить, куда нас можно пустить…


Пока Кварц с Беркутом топтались у ворот, Резидент внедрился на территорию карьерного предприятия.
Ему надо было найти дорогу к стоянке напротив Бяково, причём проезжую, и переправу через реку. Дорог,
зданий и выработок вокруг было много, и Резидент предпринимал отчаянные усилия чтобы эту многоуровневую
структуру утрамбовать в своей памяти, в то время как Ястреб с интересом разглядывал гигантских ржавых карьерных монстров.
Они копошились лязгая железом в клубах известковой пыли, создавая сюрное впечатление иного мира.

Когда разведчики вернулись к валяющемся под забором Беркуту с Кварцем, выяснилось, что начальство
карьера дало команду нас *Не пущать никуда!*. Мы пролетели тут вдвойне, потому что и дорогу нужную нашли,
и настроились на скорое завершение дня. Теперь надо в обход ехать.

Отъехав немного назад, решили перекусить на берегу реки.
Спуск по тропинке в 30 градусов к горизонту одолел только Беркут, крича по дороге *Вот он! Настоящий Даун-хилл! Слалом!*.
Остальные же, увидав как Беркут пару раз едва не навернулся, предпочли спустится пешком.

Попутно с перекусом начали разрабатывать пути обхода. Логичней было проехать ещё вперёд по Трассе М4, до Карпово.
А там просёлком где-то с километр по лесу с озерком как раз выйдем в нужное место. На том и порешили.

Дорога до Карпово не отняла много времени, больше пришлось покрутится с переходом трассы.
Зато дорогу нам показывала легковушка, идущая туда же. Дорогой, правда, это можно назвать с натягом,
поскольку это горный серпантин слаломного типа из песчаника вперемежку с известняком,
имеющий обрывистые края по обе стороны. Но мы как-то спокойно всё преодолели, нашли нужный поворот в Карпово,
поехали вдоль поля… Стали попадаться нехорошие знаки, вроде *Осторожно, взрывные работы!*…
Оказалось, что дорогу нашу съел карьер. Глубокий, метров 50-60 глубиной, он подобрался к Карпово настолько близко,
что скоро деревня сползёт в него так же, как и большой кусок леса на другой стороне.
Искомая дорога видимо и шла по этому лесу. Беркут проехал по полю вдоль обрыва до самой опушки,
куда за ним подтянулись остальные.
Здесь группа разделилась: Беркут пошёл напролом в лес искать дорогу вдоль обрыва,
Резидент — тоже, но в противоположном направлении, Кварц — перпендикулярно, а Ястреб — на охране базы,
обеспечивать ретрансляцию связи. Блиц разведка однозначно показала, что отсюда нам в Бяково не проехать никак.
Мы снова в пролёте!

Интуитивно Беркут чувствовал наличие объездной дороги, но сформулировать смог только задачу ехать назад к Карпово,
потому что там была грунтовка идущая куда-то далеко не в нужную сторону.
Уверенно прыгнув в седло, он дал команду идти за ним, хотя сам не представлял куда направляется.

Грунтовка обогнула Карпово, и потянулась через поле в сторону Венева.
За Беркутом с небольшим отрывом следовал Ястреб, затем Кварц и экономящий колесо Резидент.
В конце концов грунтовка довольно тупо упёрлась в трассу М4.
Но тут же рядом открылся волок вглубь лесомассива, и Беркут, ничуть не коле*сь, поворачивает туда,
за ним и все оставшиеся. Волок (накатанная гусеницами тягачей грунтовка, по которой явно волочили что-то,
скорее всего спиленный лес) упёрся в лес, повернул вдоль М4,
на метров 300, потом свернул в лес, где разбился на несколько равнозначных.
Беркут, словно тут всегда ездил, однозначно выбрал одну из них, идущую прямо просекой на восток.
Если бы не сухая погода всю неделю, по этой просеке можно было бы ездить только на гусеничном ходу,
а сейчас грунт подсох, но не настолько, что бы пылить, и можно ехать даже на байках.

Начал накрапывать мелкий дождик, и Беркут поддал газу.
Успевал за ним только Ястреб, но уже из последних сил. К концу просеки они у него кончились, и ястреб был рад,
что Беркут остановился для ориентирования. Отсюда шло опять 3 пути, и помедитировав недолго
над компасом он опять понёсся куда-то вперёд. Данная передышка позволила остальным понять куда надо ехать.

Теперь дорога шла вдоль опушки леса, огибая какие-то безбрежные поля.
Это просёлочная дорога, которая обычно бывает по краям полей, только на этот раз она была хорошо накатана,
ровно настолько, что бы не превратится в мякиш. Пошёл дождь, но к моменту отрыва дороги от опушки леса он закончился.
Зато на дороге появились лужи. Повзбиравшись и попетляв по холмистым полям она выровнялась,
и взяла курс на какой-то населённый пункт.
Знал об этом только Беркут, потому что остальные поочерёдно перекручивали на своих багажниках расшатавшиеся рюкзаки,
и довольно сильно отстали. За Деревней явно проглядывалась трасса, причём точно не М4.
Беркут достал карту, и вычислил, что это должна быть д. Сосенки, и если так, то всё складывается
просто наилучшим для этой ситуации образом.
Он поборол в себе желание ехать искать дорогу к карьеру, а решил дождаться во что бы то ни стало товарищей.

Товарищи задерживались, причём сильно, рация молчала. В конце концов, зазвонил сотовый, и причина задержки
(проблемы с рюкзаками, в основном у Кварца), прояснилась. Беркут поехал назад, и встретил Ястр*,
с которым они нашли нужную дорогу в сторону карьера. Правоту Беркута подтвердил мужик с огорода рядом с развилкой.
Он сказал, что *вон Венев, вот Бяково, вот Осётр, — а к карьеру это туда.* Туда — это в горку по известковой грунтовке.
Собрав всех на пятачке перед ней, Беркут решительно попёр к карьеру.

Грунтовка выбралась на гористый берег р. Осётр, причём шла высоко так, что можно
было видеть противоположный берег с высоты птичьего полёта. Пейзажи завораживали.
Конечно дорога не ровная, это резкие подъёмы и спуски, но они брались совершенно без труда не смотря на всё
испытанное сегодня ранее. Мы как бы пролетали над Осетром и Бяково, но никак не могли понять, где тут можно заночевать.
Так и доехали до мест, которые начал узнавать Резидент, как виденные им в разведке по карьеру.

Встали. Беркут, испытывая одновременно любопытство и усталость, отправился на разведку.
Однако побродив внизу среди сюрреалистичного постидустриального развала, не нашёл ничего приемлемого.
Тогда за дело взялись Резидент с Кварцем. Первый нашёл на склоне горы чуть ниже стоянку, обеспечивавшую нам экстрим во всём.
Зато вид… А вот Кварц, неожиданно обнаруживший в себе некие скрытые возможности отыскал место,
которое не только отвечало всем требованиям конспирации (нам очень не хотелось повторения Ольшан),
но и как позже выяснилось, с чистой водой поблизости. Правда, для её добычи пришлось устроить запруду.
Туда мы и направились.

Как только мы поставили бивак, как пошёл сильный дождь, сопровождавшийся, как положено в мае, ветром и грозой.
Мы проворно переставили байки поближе друг к другу и палатке, что бы они накрывались тентами и не уехали без нас.
Костёр беспроблемно горел всё время, но деревья вокруг угрожающе стучали ветками и гнулись.
Это добавляло экзотики и эмоций, но ничего особенного так и не произошло,
поэтому мы заползли по очереди в палатку и отрубились.


День 10. Ощущение сна.

    Автор: Robin Couton



Метростроевский Карьер- [слалом] - 

Гурьевские каменоломни (система *Бяка*) — Бяково-Метростроевский — Матвеевка — М4 — Студенец

— [трахт] — [слалом] — Адашево — [трахт] — [слалом] — Горшково.

Ночовка в лесу под Бураково


Поход приближался к своей кульминации: посещению Гурьевской каменоломни. Она, точнее вход в неё,
расположен на противоположном от нас берегу реки Осётр, прямо под д. Бяково,
от чего спелестологи называют эти каменоломни *Бякская система*.

Что бы нам попасть туда, необходимо перебраться на другой берег. Причём полностью, с байками и экипом.
Дружно надеясь на данные разведки Резидента, спустившись утром вниз со стоянки, мы приступили к поиску переправы.
В течение полутора часов нарезания мелких кругов по раздолбанным грунтовкам карьерного предприятия, и проникаясь
прелестями развала постиндустриальной эпохи, мы медленно, но верно начинали сильно уважать память
Резидента, который тщетно пытался отыскать вчерашний мост через Осётр.
Деминский карьер

Странно было только совершенно спокойное отношение к этому Кварца, который в другой раз не упустил
бы случая побухтеть на чьё-то невнимание. Все были настолько увлечены поиском моста, что просто не замечали,
что Кварц ещё сон смотрит. Точнее он его ещё чувствовал.

Резидент продолжал хмуро сканировать берег. Оказалось, он спутал приметы в несколько крат: трубы,
которые он взял для ориентира были меньше тех, что лежали тут раз в 10. Мелочь, конечно, но время потеряли.
Найдя подходящую переправу и проехав по ней на другой берег, мы уперлись в ворота с охраной.
Охрана нисколько не удивляется нашему появлению, и пропускает наружу с наилучшими пожеланиями.
Туда бодро проезжает Беркут, Ястреб, понуро Резидент, и вдруг на время очнувшийся Кварц.

Проделав велодефиле по пос. Метростроевский, мы выехали к повороту на Бяково, но из самого
Бяково ко входу в систему идёт длинная и глючная дорога, по ней можно не ехать, и спустится сразу ко входу
прямо отсюда. Только спуск очень крутой. Его разведывать поехал Беркут, и вскоре он отрапортовал,
что стоит уже у входа в каменоломни. Народу ничего не оставалось делать, как следовать за ним.

Ястреб съехал по этому слалому лишь половину, посчитав, что у него слишком малый вес рюкзака, 
Резидент вовсе пошёл пешком, чтобы без колёсиков снова не остаться, а Кварц подумал: *Щас спущусь, и ещё посплю…*
Однако после спуска к нему начал бесцеремонно приставать Беркут, собирайся, мол, в подземелья!…

- Какие подземелья? — очнулся Кварц, которого снова начало обволакивать.

- А чего мы сюда столько пёрлись? — удивился Беркут.

- Я чо… Не знаю. Хочешь — лезь… а я тут… посижу…

Резидент, расстроенный из-за ошибок его разведки, тоже явно не в настроении куда-то забираться,
Только Ястр* подбрасывало от любопытства. Настал черёд расстроится Беркуту: столько усилий, приключений испытаний,
и вот такой вялый финал. Беркут пробухтел что-то обиженное себе под нос, и осыпался на берегу Осетра,
грустно уставившись на воду.

Гнетущую обстановку начал разряжать медленно выходящий из комы Резидент. Если с Ястребом проблем никаких, то Кварц,
втянувшийся снова в свои ощущения, гнусил Беркута, а как подступится к Кварцу, что бы не получилось
с ним как на стоянке под Клин-Бельдином. А подпрячь в подмогу нахлобученного Беркута нереально.
Тогда Резидент сделал над собой усилие, и решился всё-таки посетить подземелья, которые он не любил в принципе.
Последний раз, когда он был в пещере, пошёл по привычке за дровами, и конечно боднул лбом потолок,
да так, что не только потолок попортился, но и сам Резидент 2 недели потом чинился. 

Теперь команда для посещения *Бякской системы* собрана, мы переоделись в соответствующую одежду
(под землёй прохладно!), и не вынимая Кварца из проглотивших его ощущений полезли вниз,
считая, что Кварц заметит, если наши байки захотят покататься без нас.

Справка: Гурьевские каменоломни, они же *Система Бяка* существуют с лохматых-прелохматых времён,
как один из источников известкового камня для строительства Москвы-белокаменной.
Каменоломню много раз закрывали, но потом открывали, последний раз при Сталине.
За это время там была создана лабиринтообразная система ходов,
отличительной чертой которых является их протяжённость которая на данный момент превышает 200км,
причём ходы эти большие, большая часть таких, где можно ходить в полный рост.
Много неисследованных частей, в ней полно загадок и тайн, всегда сопутствующих подобным местам.
Власти боролись с этой проблемой довольно банально, периодически взрывая вырытый очередными энтузиастами вход.
Существует полулегенда-полубайка-полуправда, что загадочным исчезновениям людей в *Бякской системе* положили конец некие *старые спелеологи*, замуровавшие некий ход,
ведущий по описаниям очевидцев в иное измерение. С тех пор *новые спелестологи* ищут это место, отчаянно ищут…

Оказавшись в роли гида, Беркут быстро пришёл в нормальное состояние, и водил Резидента,
пытающегося изо всех сил развеять негатив, и прыгающего от разбирающего его любопытства Ястр* по известным ему ходам.
Демонстрировались ледовые натёки, временные и гравитационные аномалии.
Когда к прискорбию Ястр* и счастью Резидента экскурсия закончилась, мы пошли извлекать Кварца из объятий ощущений.

Но не тут то было! Кварцу за это время почувствовалось нечто такое, которое просило продолжения, но уже под землёй,
поэтому он полез туда с плохо скрываемым интересом найти тихое место в темноте, что бы его там забыли, на часок-другой…

Ястреб, забравшийся вниз вместе с ним, никак не давал Кварцу снова сосредоточится на ощущениях, 
то светанёт ему в глаза фонарём, то начнёт по потолку бегать с камерой. Достал так, что Кварц на время всплыв
из ощущений, выписал Ястребу мешок тормозов с намёком на мордобитие, после чего Ястреб на некоторое время затих.
Оставив Кварца погружаться в ощущения одного в темноте, Ястреб с Беркутом ушли, теша себя надеждой, что потом его найдут.

Вытаскивать Кварца из *Бякской системы* было не особо сложно, он просто был не в состоянии сопротивляться
. Он медленно, как хомячок после спячки, выбрался наружу, и обречённо пошёл к велосипедам, дабы собираться ехать дальше.

Дальше — это по сути назад, в Москву. Для этого надо проехать через Метростроевский до М4,
по М4 до с. Студенец, оттуда неведомыми тропами через Адашево к Горшково, а где-то там можно и заночевать.
От Горшково почти прямая дорога до Ясногорска, где уже водятся прямые электрички до Москвы-Курской. 

Замастырив что-то вроде перекуса, мы поехали через задворки Бяково, проехали развилку, с которой был спуск,
и опять задефелировали по Метростроевскому. Обнаружив там работающий магазин, закупили немного еды, попили сока,
и покатили к трассе. Дорога тут везде в гору, но не так круто, если бы мы стали штурмовать *спуск рекордов*
в обратную сторону.

Уже в дороге у Беркута возникли какие-то странные трения у заднего колеса, и он несколько раз останавливался,
пытаясь устранить их источник. Его все обгоняли, а сонный Кварц вообще подъёма не заметил, и остановился только у трассы,
чтобы устроить подтяжную. Первым подтянулся как ни странно Беркут, потом Резидент. Кварц с Резидентом поехали дальше,
а Беркут остался поджидать Ястр*.

В обратную сторону трасса М4 ехалась значительно медленнее. Но, не смотря на трудность езды,
Кварц, не всплывая из всё ещё обволакивающего его ощущения сна, доехал до поворота на
Студенец. Идущий за ним Резидент не знал, что Кварц погружён в столь интересное состояние,
поэтому просто ехал за ним. Вдруг заметил, что начал отставать от Ведущего Кварца и резко прибавил ходу.
Под переднее колесо попала какая-то груда железа, которая ехала впереди.
Груда обиженно завизжала тормозами, съехала на обочину и загорелась.

Беркуту почему-то ехалось совсем тяжело, так что даже Ястреб не терял его из виду.
Он крутил педали против ветра, пока его не остановил сильно недовольный Кварц:
он, как и Резидент, сидели на подтяжной у поворота на Студенец, и им всё портила груда металла
с горящими покрышками на обочине. На вопрос Беркута *Что это было?* Резидент лишь пожал плечами и ответил:
*Ну, так получилось…*

Понятно, что отсюда надо быстро сваливать, а Ястреб как назло задерживался. Как только он появился,
все прыгнули в седло, и дали тягу оттуда.

Поворот на Студенец — это надо проехать под трассой, повернуть в обратном направлении, снова к Туле, 
и с километр почему-то взбираться по дороге вверх вдоль трассы, пока не будет поворота на длинную и
прямую дорогу перпендикулярно М4. У этого поворота мы встретили двух велосипедистов, из местных, на
полуспортивных байках ещё советского производства. Они внимательно и с удивлением разглядывали нашу процессию.
Ещё бы, на их фоне мы выглядели как Харлеи рядом с мопедом.

От поворота дорога идёт под небольшим уклоном вниз по ровным полям. И так — несколько километров.
Кварц собрался снова погрузится в ощущения, как его велосипед разогнался до 40км/ч.
Это не столь интересно, как то, что весь этот замечательный спуск усеян мелкими рытвинами в асфальте,
словно его подвергли ковровому бомбометанию крупными петардами.
Рытвины шли плотно и в шахматном порядке, и на такой скорости велосипедисту надо прилагать немало реакции и внимания,
что бы маневрировать. Это маневрирование по слаломному типу, а скорость сбрасывать не хотелось совсем, 
так увлекло Кварца, что прилив адреналина смыл остатки сна. Рядом под колёсами мешался вездесущий Беркут
, а Резидент с Ястребом почему-то несильно отстали.
Гикая и улюлюкая от удовольствия, он с Беркутом долетел до положенного в таких случаях в конце спуска мостика,
и не особо напрягаясь, забрался на также обязательный подъём вверх после.
Там, за несильными поворотами их ожидал Студенец, в который, по определению нам было не надо,
а надо найти некий путь хотя бы до Адашево. Поэтому устроили подтяжную для потерявшихся на подъёме Ястр* с Резидентом.
Воспользовавшись передышкой, Беркут, периодически разбираясь на пиксели, достал карту с компасом и удивлённо на неё уставился.


И да прибудет с нами Сила!

    Автор: Robin Couton



Откуда и как идёт дорога на Адашево, было не понятно, совсем. Одна дорожка шла в нужную сторону, согласно компасу, но заканчивалась на полянке среди коттеджей через 200метров. Зато на полене был дачный народ, у которого и спросили про Адашевский тракт.

Кто-то из отдыхающих оказался из Адашево, и подробно, как могли, рассказали, как найти дорогу, и самое главное, как по ней ехать. Дорога — она начиналась в поле, которое мы уже проехали, и там надо было держаться правой колеи и ни за что не поворачивать направо. А потом налево. Звучало весьма загадочно, и стало ясно, что нам сильно повезло, что мы встретили этих благожелательных людей в Студенце. *С нами Сила!* — оценив ситуацию, заключил Беркут.

Выбравшись снова на асфальт, мы проехали назад с полкилометра, пока нашли скромного вида съезд в поле. Скромность его была обманчива, потому как вёл он далеко за вечереющий горизонт через поля по накатанной полёвке. Прощёлкавшись передачами, мы сосредоточенно выехали на этот путь.

Полевая дорога шла, как мы уже привыкли, через засушенную пашню. Солнце начинало желтить, собираясь уйти в пике перед нами: на западе. Несмотря на неровности этой полёвки, её твёрдость обеспечила быстрый прирост скорости, а чётко отрабатывающие амортизаторы в купе со свжим воздухом и окружающей идиллией холмистых полей создавали ощущение низкого полёта, и какого-то непередаваемого удовольствия от езды, потому что казалось, что педали крутились сами. Велосипедисты быстро и величаво летели в тишине над пашней, словно на закольцованной видеоплёнке. Временами накатывает чувство, что мы так и летим там до сих пор, не ведая устлости, получая удовольствие от походного экстаза.

Однако дорога упёрлась в лабиринтную систему развилок, и прибалдевшему от езды Беркуту пришлось остановится. Тоже самое сделал Ястреб, с трудом сдерживавший не только свой восторг от происходящего, но и от того, чтобы не обогнать Беркута. Согласно данной нам в Студенце инструкции, надо было поворачивать куда-то на юг, но интуиция никак не соглашалась с таким поворотом. Кварц, подежающий к развилке с буксующим на ней Беркутом, видел только разбиравшихся на шашечки товарищей, но никак не появившегося из ниоткуда местного вида мужичка, который сразу, без вступлений перешёл к делу:

- Если вам в Адашево, а вам ведь туда, то ехать надо туда, — Он показал на север, и провёл пальцем на запад, — Но никак не сюда. Нет, оттуда вы тоже в Адашево попадёте, только через деревеньки на берегу, заложив большой крюк, а вам оно надо?…

- Так… — Беркут снова собрался из шашечек в единое целое, и разбираться больше не хотел, кроме того, надо было утрамбовать в голове сказанное незнакомцем. — А дальше?

- А дальше просто: в Адашево проедете мост, и там прямо до Горшково.

- Спасибо, выручили!

- Да пожалуйста! — откликнулся незнакомец, и сделав несколько шагов в сторону, растворился в пыли.

- Ничего странного не заметил? — Беркут посмотрел на стоящего рядом Ястр*, раздумывающего в глазах Кварца *Не разобраться ли мне на пикселы?*

- А что такого? — ответил он, решив всё-таки не разбираться на пикселы.

- Сам подумай, — включился в диалог Кварц, понявший, что больше пикселится тут никто не собирается, — Где мы? Вокруг — километры полей, никакого жилья, дорога эта в стороне от населённых пунктов, что тут делать прохожим?…

- Точно! Что?

- То, что этот проводник тут появился именно в этот момент, и именно с этими словами, объяснить иначе как велением Силы нельзя.

- С нами Сила!

- И да прибудет она с нами!

- Воистину!

- Ку-у-у! — Ястреб почувствовал, что его пробирает что-то, но что — непонятно.

- Банзай!!! — и мы втопили под малопонимающем причины такого возбуждения взглядом Резидента дальше, — Сила с Нами-и-и!

От развилок дорога прыгнула вверх к опушке лесополосы, пропетляла вместе с ней, потом начала ровно заваливаться к юго-западу, проскочила навылет очередное поле, выйдя к каким-то длинным прудам, что говорило о близости Адашево. Неожиданно пруды отвернули в сторону, а дорога стала скатываться куда-то вниз, к дымящимся в садовых деревьях крышам домов.

Беркут, и не отстающий от него урчащий от удовольствия Ястреб, влетели в Адашево, не разбирая ни дороги, ни поворотов, пока оба не завязли в небольшой, но глубокой проточной луже, перегородившей дорогу. Пока они переправлялись через лужу, и пытались понять назначение утонувшего глубоко в грязи непонятного сооружения, возникало чувство, что чего-то не хватало.

А не хватало включённой рации, потому что именно ей Резидент и Кварц высказывали всё что думали о Беркуте, который уехал вперёд так и не сказав куда он свернул в самом Адашево. Они не знали, что Беркут и сам не понял, как проехал. К переправе у лужи Резидент уже спустил пар, и только тихо рычал, выдёргивая свой байк из засасывающей грязи.

Загадочное сооружение внизу оказалось тем самым Адашевским мостом. Переправившись через мост, мы немного поскользили в грязи подъёма за ним, и выехав через остатки Адашевских построек опять в поле, стали снова набирать скорость. Всё соответствовало обозначениям на карте, и не оставалось никаких сомнений в правильности нашего пути. Путь же открывался на фоне необъятного колхозного поля, в закаулках которого копошилась посевная техника. Дорога шла по полю, та же засушенная грунтовка, только более пыльная.

Сразу стало видно, что Ястреб с беркутом начали наращивать скорость, да и Кварц увидел, что меньше 30км/ч не едется. И тут Кварца вставило. Он забил на все пиксели, шашечки и глюки, на своё плохое зрение и непредсказуемую грунтовку под колёсами его Trek-а 4500, ему просто классно ехалось, он не чувствовал усталости в ногах, педали крутились то ли сами, то ли их вовсе не надо крутить, Кварц об этом даже не думал, он просто наслаждался скоростью полёта на своём байке, вздымая за собой клубы колхозной пыли. Его даже не заботило, что будет, если он врежется во что-то, что не заметит, потому как чувствовал, что с ним Сила. Беркут, тут же беспощадно обогнанный, шёл на 42км/ч и не имел никаких шансов догнать Кварца в таком состоянии, нечего даже говорить про остальных.

Путь по колхозным полям Горшково довольно длинный, и имеет пару непонятных поворотов, пока не упрётся в развалины фермы, за которой начинается слаломный спуск вроде Игумновского. До этого места мы гнались за очумевшим Кварцем, не имея шансов его догнать. Угар кроссовой езды на скорости пронял даже невесёлого Резидента, и он тоже включился в эту гонку.

Только перед спуском Кварц притормозил, пытаясь справится со своим возбуждением.

- Ну как участок я прошёл, а!? — всё не мог успокоится, — У-у-у-у…

- Да. Шустро. — ответил Беркут, делая вид, что всё так и должно быть.

- Да ты даже не догнал!

Имея Игумновский опыт, на этом слаломе вниз уже никто не разгонялся, хотя так и подмывало. За спуском последовал вялый подъём в Горшково. То ли у нас батарейки подсели, или просто закончился угар, но после подъёма быстро ехать не хотелось. Хотелось есть. Но до этого было ещё далеко — посёлок Горшково большой, и надо ещё найти приемлемое для ночевки место хотя бы до Бураково.

После Горшково пошёл асфальт и лес. Дорога прыгала прямо по холмам, вечерело. Не было ничего сложного, но начала откуда-то наваливаться усталость. Да ещё у Резидента начались проблемы с переключением скоростей. Где-то далеко впереди по карте должно быть озеро, и мы надеялись что у него можно будет встать, но туда ещё доехать надо. А сил становилось всё меньше и меньше, причём у всех одновременно. Решено устроить внеплановый перекус.

Съехав на обочину и зарывшись через кусты в лес, мы расположились отдохнуть с перекусом. В дело пошли шоколадки, какие-то консервы и чай-кофе из термосов. Ноги, никак не отходящие от угара скорости, не могли найти такое положение, чтобы расслабится. Повалявшись вдоволь на траве, и поковырявшись в передачах Резидента, мы поехали искать стоянку на ночь. Хотелось найти что-то уютное, потому что она будет последней в этом походе.

Мы молча ехали по асфальту, ожидая увидеть озеро. Когда же его увидели, стало ясно, что ночевать придётся далеко от него. Вокруг озера на расстоянии 300 метров трава-то не везде была, не то что куты или деревья. Зато постройки какие-то имелись, бродили какие-то угрюмые личности.

Немного подумав, мы вспомнили, что проехали над каким-то сырым местом, вроде ручейка в километре отсюда, и решили доехать до него, но уже не по асфальту, а по просёлку со стороны озера.

Ехать пришлось долго и вниз, и в конце увидели на берегу ручья открытое засиженное место, которое комфорта и уюта не обещало совсем. Тогда мы просто перелезли через канаву и зашли в молодой лес между просёлком и асфальтом. Место настолько было непредсказуемым для стоянки, что могло гарантировать что нас там никто не потревожит. Тем не менее, мы при устройстве бивака предприняли не мало мер камуфляжа для пущей безопасности. 

Погода стояла ясно-осенняя, похолодало. Если в начале похода было ясно и холодно по-весеннему,
в походе стояла жаркая летняя погода, то вот теперь пришла осень. И настроение у нас пошло какое-то осеннее.
Всех немного разморило, никто даже не заметил, как исчез целый мешок с печеньем.
Печенье есть никто не хотел, но когда спохватились — его уже не было.
Зато был довольный Резидент сидящий посреди крошек от печенья.
Мы все обрадовались этому: выбросить было жалко, а есть его (печенье, а не Резидента) — никто не собирался.
Теперь вот, легче будет ехать. Сила всё ещё с нами.
Кварц, обстоятельно обложившись инструментом, занялся скоростями Резидентова байка, но тот не спешил делится своими секретами,
в ловкик руках эксперта всё работало…

Это был вечер прощания с погодой-природой и походом, хотя завтра нам ещё ехать и ехать до Ясногорска.
Посидев сколько было возможно у костра, мы заползли в палатку, дабы увидеть последний походный сон в сезоне.


День 11. Нас не догонят!

    Автор: Robin Couton



Бураково — Денисово — Ясногорск

Поезд *Ясногорск-Текстильщики(Москва)*

Текстильщики(Москва) — Выхино(Москва)


- Давай сюда, я сказал!!! — рычал Резидент, вырывая из рук Ястр* видеокамеру.

- А что такое? — не понимал Ястреб его.

- Ездить научись!

- Да иди ты… — Ястреб сел в седло и резко, с буксом, дал с места.

Кварц и Беркут, не ожидавшие от Резидента такого эпатажа, растерянно переглянулись.
Ястреб, конечно, опять отстал, но не настолько сильно, что бы устраивать по этому поводу даже мелкий разбор.
Всё это происходит в 2-х километрах под Ясногорском, Куда теперь на полном ходу гонит незаслуженно обруганный Ястреб…

…А ведь день начинался вполне приятно.
Подъём был сказочный. Резидент как обычно, проснувшийся раньше всех, решил не тормошить народ. Пока собрал дрова, развёл костёр… как то самасобой приготовилась еда, а осталные дрыхли как ни в чём не бывало. Даже запах готовой пищи не заставил никого выбраться из спальника: никому не хотелось заканчивать столь сладостную последнюю ночовку похода. Резидент, бурча под нос наш гимн этого похода:

Ходы кривые роет

нормальный-умный гном.

Нормальные герои —

Всегда идут кругом.

Идтить в обход понятно,

не очень-то легко,

не очень-то приятно,

И очень далеко!

Но мы с пути кривого

Конечно не свернём!

А надо будет, снова

Пойдём кривым путём!

Задумал диверсию. План назывался «Кофе в постель». Еда, дымящаяся от свежести, плюс чай-кофе в полуканах аккуратно распайкованная индивидуально для каждого, была им подана прямо в сонные морды в спальниках. План удался, и морды начали выбираться и впитывать пищу.

После завтрака и сборов, которые как обычно затянулись, группа начала выбираться на дорогу.
Попутно все внимательно осматривали свои байки на предмет неисправностей, что бы не обломать
ремонтом последний ходовой день похода. Проще всех было Ястребу, он вырвался по грунтовке вперёд с камерой,
и заснял медленно выползающих наверх товарищей. А труднее всего было Резиденту. У него как-то всё не складывалось.
Особенно в рюкзак. Потом рюкзак никак не хотел складываться с велосипедом, норовя от него отделится. 
Кроме этого внушали опасения переключения скорости, которые пытался вчера починить Кварц.
Из-за этого Резидент проковырялся дольше всех, чем был немало расстроен.

Ястреб же, взяв на себя миссию оператора, мужественно дождался уже на асфальте отставшего Резидента,
который уже к повороту на Бураково бухтел, и был всем недоволен, в том числе скоростью езды явно неспешащего перед ним Ястр*.
Буркнув ему, чтобы тот не баловался с камерой, а лучше крутил педали,
Резидент пришпорил своего скрипящего железом колёсного коня и отправился догонять ушедших за горизонт Кварца с Беркутом.

Они к этому моменту миновали Бурундуково, причём шли рядом, колесо в колесо, общаясь и обсуждая проезжаемые виды.
Бурундуково удивило только одним: помирающая медленно деревня, *три избушки две доски*,
несколько подлатанных горожанами домиков, и в конце всего этого великолепия стоит замок-теремок
в три этажа с подземным паркингом, стоимостью как военный истребитель последней модели.
Правда, в процессе строительства. Кварц ехал около 27км/ч, и Беркут явно не отставал.
Кошак-Шмяк!

Резидент давал газу. Впереди никого ещё не видно, а сзади Ястреб уже не просматривался.

Перед Кварцем уже стало видно Денисово, Беркут норовил обогнать, но вместо этого продолжал неспешную
беседу о бренности бытия и роли в этом высоких технологий. Кварцу тема по душе и разговор получался увлекательный,
а езда приятной.

Ястреб, не стремившийся никого догонять, потому что знал железное правило группы -
перед всеми крупными населёнными пунктами делается подтяжная остановка, дабы там не потерятся
— ехал спокойно, в своём темпе, упражняясь в съёмках с колёс.

Резидент сосредоточился. Он понимал, что отрыв авангарда от него получился большой.
И догнать его не просто. Велосипед стонал под его ногами, и скорость не падала даже на подъёмах.
Тут возникла другая напасть, которая преследовала его пару последних дней, стали отказывать некоторые скорости,
а ехать на одной — довольно тяжело. Спортивная заточка Резидента не давала ему повода сдаваться,
и он ещё сильнее давил на педали.

Беркут заметил, что Кварц начал уставать от общения, и решил дать ему отдохнуть от своего общества.
После Денисово он просто поехал в своём темпе, а Кварц — в своём. В результате между ними возник небольшой разрыв,
который, впрочем, их несколько не беспокоил, ибо оба они только получали удовольствие от движения.

Наконец, усилия Резидента вознаграждены! Он увидел на горизонте неспешно шевелящего педалями Кварца,
которого оставалось только догнать. Как раз тот ехал в горку, а Резидент с горки. Поддав газу, Резидент начал погоню.
Быстро спустившись вниз, он потерял Кварца из виду, но чувствовал, что стал к нему ближе.

Влетев на подъём, Резидент успел увидеть спину Кварца, скрывшуюся за поворотом впереди. Что ж, теперь гнать до поворота.
Предательские передачи не дают расслабится. Наконец поворот, взгляд вперёд…
А Кварц как был далеко впереди, так и остался, и, как назло, продолжает не спеша так ехать…

Проезжая раздавленную автомобилем кошку, Ястреб не удержался, и отснял её во всех ракурсах. И поехал дальше.

Резидент напрягся. Перед ним прямая, вроде даже под уклоном вниз дорога,
и где-то в полукилометре неспешно-балдеющий Кварц,
которого надо хотя бы догнать. И узнать, далеко ли Беркут и Ясногорск. Но творилось что-то не понятное.
Чем интенсивнее крутишь педали, чем быстрее едешь, тем дальше становится преследуемый Кварц,
мистическим образом удаляясь от Резидента, который начал уже уставать от таких потуг. 
Но сдаваться Резидент не планирует.

Через пару километров от поворота на Мызовку, начались американские горки.
Именно так Беркут называет резкие и короткие спуски-подъёмы с поворотами,
для прохождения которых приходится сильно рвать темп езды — нужно сильно разогнаться с горы,
что бы не въезжать потом наверх со скоростью стоячего.
Так он и сделал — разгонялся и накатом штурмовал мощные подъёмы в районе с. Боровский.
Стало понятно, что скоро Ясногорск, надо делать подтяжную. Только место надо выбрать перед хорошим спуском,
чтоб не стартовать в гору. Завидев справа по борту карманного медведя, мирно пасущегося на лугу, и близкий горизонт,
Беркут спешился, достал флягу и перекус-комплект из конфет. Через несколько минут к нему присоединился почти не уставший,
довольный собой Кварц. Они сели на травку, и разлив по стаканчикам чай, стали ждать остальных,
обсуждая недостатки банальности менеджмента в высших эшелонах управленческих кадров. 

Резидент явно выдохся, и когда после американских горок
Боровского разлива увидел Кварца с Беркутом на подтяжной, причём явно незапыхавшихся как он, понял,
что погоня сегодня не сложилась. И причина тому — Ястреб. Если бы он, зараза, висел на заднем колесе,
то что бы он не обошёл можно было бы всех догнать и перегнать.
От расстройства Резиденту даже есть не захотелось, чем он удивил и Кварца, и Беркута.
Резидент набрался терпения — теперь надо дождаться виновника всех бед, а тот как всегда, задерживался…

…После скандала с камерой на подтяжной, Ястреб спокойно рассудил, что если он первым очутится на вокзале Ясногорска,
то претензии к нему точно будут безосновательны, Поэтому пока немного остывший, и успокоившийся Резидент,
отъехав вперёд, снимал остальных на камеру спускающихся с горки в Ясногорск, Ястреб неспеша выяснил местоположение вокзала. 

В город въезжаем кучно, Крутя головами в поисках Ястр*. Беркут первым делом тормозит какую-то бабульку,
и спрашивает, как проехать к вокзалу. Бабулька показывает хитрый поворот, за ним переезд, и там дорога.
Дорога за переездом выглядит пустынно и заброшенно, что вызывает подозрения:
вокзал в таком городе место должно быть крайне популярное, с маршрутками, часниками автобусами и толпами народа.
Тут этого ничего нет, значит, если эта дорога и к вокзалу, то не вамая популярная. Но если её показали Ястребу
— хорошо а если нет?

- Ястреб Беркуту! — рация пшикнула.

- Ястреб беркуту на связь! — в ответ — тишина. Беркут подъезжает к Резиденту с Кварцем. — У нас проблемы, мужики.

- Что ещё?

- Как вы думаете, куда поехал Ястреб, если дорога на вокзал туда, а он об этом не знает?

- Ну, если не найдёт вокзала, он же вернётся к месту последней встречи, всегда так, тут его и перехватим.

- Ага, это после того, что ему наговорил Резидент?

- Дело хреново….

- Решаем так, — Беркут начал генерить выход из положения. 
— Сейчас едем так, как скорее всего, поехал Ястреб, и ищем его по сторонам.
Резидент — ты на рации, вызывай его постоянно, может он где в заднице какой, и там связь плохая.
На тебе же и короткие манёвры в стороны. Кварц — сканируешь левый фланг, я — правый. Всем быть на связи.
Заканчиваем на вокзале. Пошли!

Осторожно, как диверсанты по вражеской территории, мы крались по центральной улице города на велосипедах.
Из динамиков раций доносится монотонный голос Резидента *Ястреб, Ястреб… Ответь на связь!…
Группа Беркута вызывает Ястр*, ответь на связь…* Прохожие шарахаются, милиция вежливо уступает дорогу…

Так мы продефилировали через весь город, и не найдя ни Ястр*, ни сигналов от него, вплыли на привокзальную площадь.
Лица на Резиденте уже не было. Кажется, он понял, что зря загрубил с парнем.

Вообще, коварный Беркут, и не менее коварный Кварц, догадывались, где Ястреб.
Оставив Резидента тихо сходить с ума, они с невозмутимым видом отправились через пешеходный мост над жел-дор
путями в здание вокзала — билеты покупать. Разумеется, около кассы скучал Ястреб, который из перехваченного
им радиообмена понял, что мы направляемся туда. Закупив на всех билеты, и на все велосипеды, мы пошли назад.

Когда Резидент понял, что Ястреб поймал, у него отлегло, но когда узнал, что потрачены деньги на билеты
— опять расстроился. Странно: Кварц и Беркут едут до Текстильщиков, там турникеты, без билета — никак.
А тем более на Курском вокзале, куда едут Резидент и Ястреб.
Вокзальня площадь Ясногорска
Пробухтевшись на всех, Резидент угостил каждого мороженым, и затих.

Перебравшись на платформу, мы заняли позиции для взятия вагона.
Как мы влезали в Выхино в электричку, никто не забыл, и приготовились к абордажу.
Ястреб с Резидентом штурмовали переднюю дверь вагона, Беркут-Кварц — заднюю, но при посадке особых проблем
не возникало, единственно, вместе с нами в вагон влезла контролёрша, и нагловатым апломбом посасывая сигаретку,
начала распекать велосипедистов:

- Во блин! Чо лезете, что прётесь!? Со своими велосипедами тут ещё! Да ещё и без билетов… небось! А?
— пока мы залезали в вагон, не преставая гундосила она, — Откуда вы только взялись?

- Успокойтесь, есть билеты!

- Это мы ещё посмотрим!

- А что, в вагонах и тамбурах уже разрешили курить? — Кварц полувопросительно намекнул что
не только она правила знает, — М?

Контролёрша мгновенно заткнулась, и сделала вид, что нас тут нет вовсе.

Из всего этого Резиденту стало понятно, что с билетами тоже он был неправ, но это уже было неважно.
Мы ехали домой, велики исправны, и мы тоже. Из графика не выбиваемся.
Все довольны, за исключением того обстоятельства, что такой поход заканчивается.

С комфортом докатившись до Текстильщиков, Беркут и Кварц попрощались с Резидентом и Ястребом, и вывалились из поезда.
Дорогу от Текстильщиков до Выхино внятно представлял себе только Беркут,
поэтому тут же был назначен проводником по московским закоулкам.
Мы ехали по промышленным улицам, Рязанскому шоссе.
Глубокий, темнеющий вечер дополнился тихим и настойчивым осенним дождём,
который словно прощальная веха похода напоминал нам, путникам, что поход — это как микроэпоха,
в котором есть всему место, интригующему началу, бурному ходу, и правильному финалу.
Подмокшие, усталые и довольные, к вечерним новостям мы уже приняли душ, и пили кофе со сливками.

Это было 12-е мая 2006-го года.

 Отчёт написан в 2006г.  

Сухой велокросс:ЗакатЗакат

Велотуры - лучшие туры

Велотур Мещерская экзотика
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (513 голосов)
Loading ... Loading ...
Велотур Мещерская экзотика Владимирская область
Цена: 6500 руб.
Продолжительность : 3 дней.
Если вы любите велосипед и природу предлагаем Вам совершить с нами увлекательное путешествие - велотур по живописным местам средней полосы России! Для этого не нужны долгие сборы и дальние дороги - это могут быть туры выходного дня, недалеко от Москвы! Средневековый замок - усадьба ...
Комбинированный тур - Мещерский велосплав
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (474 голосов)
Loading ... Loading ...
Комбинированный тур - Мещерский велосплав Владимирская область
Цена: 6200 руб.
Продолжительность : 3 дней.
Один из тех активных туров  на которых за короткие выходные можно успеть многое. Покататься на велосипеде,поплавать на байдарке, попариться в бане, посидеть у костра. Посетить самый настоящий замок, покупаться и позагорать на реке Судогда. В этом туре мы хотим открыть для вас ...

Сплав-Велотур-Треккинг : Активная неделя-2
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (351 голосов)
Loading ... Loading ...
Сплав-Велотур-Треккинг : Активная неделя-2 Алтай
Цена: 16500 руб.
Продолжительность : 9 дней.
Попробуйте за одну неделю три вида активного отдыха Приглашаем вас прокатиться на велосипедах проселочными дорогами сходить на сплав по Катуни и подняться в горы с рюкзаками Благодаря такому разнообразию мы успеем посетить тайгу горное озеро и перевалы водопады и ...
Конно-вело тур. По Восточному Алтаю и Алтайскими тропами
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (350 голосов)
Loading ... Loading ...
Конно-вело тур. По Восточному Алтаю и Алтайскими тропами Алтай
Цена: 39000 руб.
Продолжительность : 14 дней.
Каракольские озера  – одно из самых привлекательных мест Горного Алтая. Озёра расположены в верховьях реки Каракол (притока р. Эликманар) в предальпийской части западного склона хребта Иолго. Абсолютная высота самого нижнего из озер составляет 1820 м, самого верхнего – 2097 м. ...

Велотур по острову Кильдин
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (350 голосов)
Loading ... Loading ...
Велотур по острову Кильдин Мурманская область
Цена: 25000 руб.
Продолжительность : 5 дней.
Остров Кильдин, расположен у Мурманского берега, в нескольких милях к востоку от выхода из Кольского залива. Самый большой из островов, лежащих у Мурманского берега. Остров - загадка! В нем необычно все: название, геология, ландшафты, озера, история освоения, обитатели. У вас есть ...
Велотур Алтайскими тропами
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (344 голосов)
Loading ... Loading ...
Велотур  Алтайскими тропами Алтай
Цена: 25000 руб.
Продолжительность : 7 дней.
В рамках данного маршрута Вы совершите путешествие на велосипеде с посещением основных экскурсионных объектов Чемальского, Шебалинского и Онгудайского районов. Туристам необходимо  иметь навыки езды на горном велосипеде по пересеченной местности и хорошую физическую форму, ...

Все активные туры ->

Отзывы, отчеты, вопросы, комментарии:


Отзывов пока нет, будьте первым.